Средство против плесени требовало уксуса, соли, горького корня и медной стружки.

Смесь от кожаной моли — сушеной лаванды, полыни и малого количества древесного масла.

Для мучных шкафов подходили мята, гвоздичный корень и сухая лимонная трава.

Никаких чудес.

Обычная аптечная работа, которую я когда-то выполняла почти не задумываясь.

Теперь каждый шаг приходилось вспоминать.

— Начнем завтра, — сказала я. — Сегодня я еще слишком слаба.

Тея не скрыла удивления.

— Вы сами это признали.

— Запиши дату. Возможно, такое больше не повторится.

Финна отпустили домой перед закатом.

Марта держалась увереннее, но господин Сейн велел ей еще сутки не оставаться одной. Хозяин сапожной мастерской пообещал проверить их вечером и утром.

Перед уходом Финн подошел ко мне.

— Я могу помогать с доставкой, когда поправлюсь.

— Сначала поправишься.

— А потом?

— Потом обсудим оплату.

— Я и бесплатно могу.

— Бесплатно будешь помогать собственной бабушке. В аптеке работа оплачивается.

Он серьезно кивнул, будто мы заключили договор.

Когда стемнело, Леона ушла в свою контору. Мастера разошлись. На улице закрывались лавки, зажигались фонари.

Мы с Теей остались в торговом зале.

Она перебирала травы для бытовых мешочков, а я сидела за столом Беатрисы и восстанавливала схему защитного контура.

Четыре основных узла находились возле входа, задней двери, лестницы и лаборатории. Последний оставался под печатью. Для временной защиты хватило бы первых трех и сигнальной линии по окнам.

— Если завтра закрепим медную проволоку, к вечеру можно будет проверить отклик, — сказала я.

— Без активации?

— Слабым импульсом. Он не считается полноценным запуском.

— А если линия повреждена внутри стены?

— Придется вскрывать панель.

— Еще один расход.

— Ты можешь хотя бы вечером не напоминать о деньгах?

— Могу. Но они от этого не появятся.

Я отложила карандаш.

— Тебе нравится выводить меня из себя?

— Иногда.

— Почему?

— Когда вы сердитесь, то перестаете смотреть так, будто оставили половину себя в Верхнем городе.

Я не нашлась с ответом.

Тея сразу вернулась к травам, давая понять, что продолжать тему не собирается.

Около полуночи мы поднялись наверх.

Я заперла вход, проверила новый задний замок и поставила возле него простейший сигнальный знак. Он не мог остановить человека, только отозваться в медной пластине у моей кровати, если дверь попытаются открыть.

Полноценной защитой это не являлось.

Но после следа в кабинете я не хотела спать совсем без предупреждения.

Я проснулась от тихого звона.

Не резкого. Словно кто-то провел ногтем по краю стеклянной чаши.

Медная пластина на столике дрожала.