В наряде мне особо трудиться не пришлось: Малков поставил меня следить за порядком в обеденном зале, начиная от накрывания столов до уборки. В процедуре ночной чистки картошки участвовать мне тоже не пришлось, чему я совсем не огорчился. Картошки было много, на целый полк, пять мешков по 50 кг каждый. Картофелечистка, как всегда, не работала. Десять человек из наряда, задействованные в этой процедуре, легли спать уже под утро, даже в казарму не пошли, разместились тут же: на мешках, лавочках, стульях, а кто-то и вовсе на полу, бросив под себя пару старых бушлатов.
Без своих сюрпризов я, конечно, наряд не закончил. Перед приготовлением завтрака отловил поодиночке всех поваров, функции которых исполняли солдаты срочной службы, и под конструктом подчинения запретил им готовить из испорченных продуктов. Та же участь постигла начмеда, три раза в день проверяющего качество приготовления пищи для солдат.
Результат проявился в этот же вечер. Только мы сдали дежурство новому наряду, как в варочном цехе разразился скандал.
— Уходим! — приказал нам Малков. — Вдруг там чего не так?
Мы поспешили покинуть столовую, только я успел выпустить из своего невидимого постороннему глазу перстня Софочку — на разведку снять реакцию.
* * *
— Что случилось? — к старшему наряда прапорщику Мустафаеву подошел начальник столовой майор Серов. Он был крайне недоволен, даже чуть ли не взбешен: на часах половина седьмого вечера, он только вернулся со службы, даже поужинать не успел. И тут за ним приезжает дежурная машина с полка, требуя немедленно прибыть обратно, на службу. Впервые на его памяти повара отказались готовить!
— Ну?
Прапорщик развел руками:
— Ваши повара отказались готовить ужин!
— Как это, отказались? — не понял Серов. Прапорщик еще раз пожал плечами, вздохнул.
— Товарищ майор, разрешите доложить? — тут же доложил старший повар. — Картошка практически вся гнилая. Рыба, похоже, тухлая. Под ножом расползается, после разморозки запахла.
— Какую получили на складе, такую принесли! — возмутился прапорщик. В наряд заступили солдаты из 1-го танкового батальона.
Серов брезгливо посмотрел на вываленную кучу подгнившего картофеля, поинтересовался:
— Ничего выбрать нельзя что ли? Обрезать там, очистить?
— Никак нет, — ответил повар. — Свыше 50 процентов гнили. Да и рыба…
Серов обратил внимание, что у поваров белые робы необычно чистые.
— Проверка, что ли какая? — буркнул вполголоса он.
— Мы вызвали начмеда, — сообщил повар. — Для оценки качества продуктов и составления акта.
Прапорщик выругался:
— Эй, ужин сорвём. По головке не погладят!