Это было логично. И грязно. Вполне в духе нашего мира.

— Вариант второй, посложнее, — продолжил Кайл, и его голос стал ещё тише. — ИСБ не доверяет «пернатым». Может, у них есть оперативная информация, что ниточки от этого культа ведут к кому-то, кого Церковь захочет прикрыть. Какой-нибудь крупный меценат, который жертвует на храмы столько, что его грехи отпускают авансом на десять лет вперёд. Шишка из сильного рода. Для ИСБ такой компромат — это козырь в рукаве. Они не отдадут его церковникам.

Этот вариант мне нравился больше.

— А самый паршивый вариант, — голос Кайла стал ледяным, — в том, что это не просто сектанты. Культ, который служит не просто какому-то демону, а враждебному государству. Тогда это уже не ересь, а госизмена. ИСБ никогда не подпустит к такому делу фанатиков в рясах, которые могут всё испортить своим праведным гневом.

От этой мысли по спине пробежал настоящий мороз. Мы сидели на пороховой бочке, даже не зная, кто заложил фитиль.

— А правда, Саня, где-то посередине. Или ещё хуже, — подытожил Кайл. — В любом случае, это не наша игра. Наше дело — сидеть здесь и ждать, пока громыхнет. Конец связи.

В наушнике щёлкнуло. Я снова уставился на зловещий силуэт поместья. Но теперь я смотрел на него другими глазами. Это было не просто логово сектантов. Это была шахматная доска, а мы — всего лишь пешки, которых выставили на край, даже не объяснив правил.

Разговор оборвался, когда в наушнике щёлкнуло, и общий канал ожил. Бесцветный, механический голос одного из командиров штурмовых групп доложил с безупречной чёткостью:

— «Сокол-1» вызывает «Базу». Первый этаж чист. Сопротивления нет. Продолжаем движение. Через минуту — новый доклад, от другой группы: — «Ястреб-3», приём. Западное крыло под контролем. Объект «Альфа» на месте, ждём дальнейших указаний.

Всё шло по плану. Слишком гладко. Я почувствовал, как Гром за соседним деревом чуть расслабил хватку на рукояти молота. Даже напряжение в воздухе, казалось, немного спало. Обычная, будничная зачистка.

И тут в эфире раздался новый голос, молодой и сбившийся, потерявший всю свою штабную выдержку.

— «Гамма-2» вызывает «Базу»… Мы тут… нашли странные символы на стенах. Не похоже на обычную ритуалистику. Голос запнулся.

А затем тишину в эфире разорвал резкий, срывающийся в визг крик, который тут же оборвался, словно говорившему заткнули рот. И наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь треском помех. Я замер, рука сама собой сжала автомат до боли в костяшках. Гром за моей спиной перестал дышать. Кайл, которого я не видел, но чувствовал, напрягся, как сжатая пружина.