— Дмитрий, какой разговор. Ты знаешь, что мои двери для тебя всегда открыты.

— Спасибо, — коротко ответил Кайл и сбросил вызов. Он повернулся ко мне, и в его глазах была мрачная решимость. — Саня, гони. Ты знаешь адрес.

Фургон свернул с шоссе. Я вел машину мимо безупречных газонов и вековых лип, направляясь к огромному особняку.

Нас уже ждали.

Едва я заглушил двигатель, двери распахнулись, и на крыльцо высыпала целая бригада в стерильно-белых халатах. Возглавлял их высокий, седовласый мужчина в безупречном костюме дворецкого.

— Господин Кайлов, — с легким кивком произнес он. — Его светлость ждет вас. Прошу следовать за мной.

Помогать нам не пришлось — мы сами вытащили из фургона едва стоявших на ногах Грома и Лису. Ворон, хоть и держался прямо, был бледен как полотно. Мы выглядели как банда оборванцев, ввалившаяся на императорский бал.

Воздух здесь пах стерильностью и антисептиками. Медицинский блок, оборудованный по последнему слову техники, мог дать фору любой столичной клинике. Целая команда магов-целителей тут же окружила нас, и началась быстрая, деловая суета.

— Дробленые ребра, внутреннее кровотечение, — скомандовал один из них, указывая на Грома. — В операционную, немедленно!

— Черепно-мозговая, сильная контузия, — констатировал второй, просвечивая голову Лисы мягким зеленым светом. — Ее в палату интенсивной терапии.

Ворона просто усадили в кресло и вкололи в шею какой-то сложный регенератор. Я видел, как он почти сразу перестал морщиться от боли.

Когда моих товарищей разобрали, как запчасти в мастерской, в зале появился сам князь. Он выглядел уставшим, но, увидев Кайла, на его лице промелькнула тень беспокойства.

— Дмитрий, — его голос был полон сдержанной тревоги. — Судя по вашему виду, охота была неудачной.

Он указал Кайлу на свободную кушетку, но тот покачал головой. Его взгляд остановился на мне.

— Сначала посмотрите его, Пётр Андреевич, — тихо, но твердо сказал Кайл. — Он принял на себя главный удар.

Я похолодел. Это была не забота. Это была проверка. Кайл все еще сомневался. Он хотел увидеть мои раны — или их отсутствие — своими глазами.

Князь перевел свой проницательный взгляд на меня.

— Александр. Прошу, раздевайтесь до пояса и проходите на диагностическую платформу.

Я молча кивнул. Под внимательными взглядами Кайла и Петра Андреевича я стянул с себя форму и футболку.

В тот момент, когда я повернулся к ним, Лиса, которую как раз укладывали на каталку, тихо ахнула. Кайл замер, и на его лице промелькнула тень… вины. Я видел, как ему стало стыдно за свои подозрения.