Я вцепился в его волю всей своей ненавистью, всей своей жаждой силы. Это была уже не битва, а акт поглощения одного хищника другим. Я чувствовал, как его костяная крепость трещит, крошится. Раздался беззвучный, ментальный треск, полный отчаяния и поражения. Его воля была сломлена.

И в тот же миг поток хлынул.

Это была не просто капля. А целый десяток не меньше.

Я чувствовал, как мой внутренний источник, начинает жадно впитывать эту мощь. Эйфория от притока силы на мгновение заглушила боль в ребре, заставила забыть об усталости.

Демон под моей рукой забился в последних конвульсиях и через несколько секунд замер, превратившись в груду мертвых, рассыпающихся костей.

Я выдернул меч и встал, тяжело дыша. Меня шатало, но не от слабости, а от переизбытка новой, чужой силы, которая кипела в моих венах. Я победил. И я стал сильнее.

Лира медленно вышла из тени. В ее золотых глазах не было ни удивления, ни восхищения. Только спокойное удовлетворение, как у мастера, который увидел, что ученик наконец-то понял суть урока.

— Теперь ты понял, — сказала она. — Нам пора возвращаться.

Она открыла портал, и мы снова оказались в той самой заброшенной промзоне. После раскаленного, белесого неба Африки и запаха крови, серый, промозглый воздух Петербурга с его нотками сырости и бензина показался почти родным. Вечер заканчивался и наступала ночь.

— Наши пути пока расходятся, — сказала Лира, глядя не на меня, а на раскинувшийся вдали спящий город. — Мне нужно время. Я все еще изучаю ваш мир, он… весьма отличается. Полон противоречий и странной, хрупкой красоты.

— Когда мы увидимся снова? — спросил я.

— Когда придет время, — ответила она, и это не было уловкой. Это было обещание. — Тренируйся, Александр. Становись сильнее.

Она кивнула мне на прощание и, сделав шаг назад, просто растворилась в сгустившихся тенях. Словно ее никогда и не было.

Я огляделся. Вокруг были все те же скелеты цехов и битый кирпич.

«А мой мотоцикл?» — пронеслось в голове.

Словно в ответ на мою мысль, тень в углу, где я его оставил, сгустилась и зашевелилась. Она вытянулась, и из нее, как из черной воды, бесшумно показался мой Цербер. Он был абсолютно цел.

Я подошел и провел рукой по холодному металлу. Все было реально. Я сел на мотоцикл и завел двигатель и выехал из промзоны и влился в поток редких ночных машин. Дорога до общаги заняла около получаса. За это время я прокручивал в голове все, что произошло. Ритуал. Новая сила. Голод. И Лира.

С трудом дойдя до своей комнаты, я рухнул на диван. Каждый шаг отдавался тупой, ноющей болью в левом боку — треснувшее ребро, память о бое с демоном. Я все же я смог раскатать сильную двойку в одного!