— Который час?

— Почти полдень.

— Отлично, — она упала обратно на подушку и прижалась ко мне.

— У нас выходные. Законные два дня. И я планирую провести их, не вылезая из этой кровати. Ты не против?

Я поцеловал её в макушку.

— Я только за, — и обнял её крепче, словно пытаясь защитить от всего мира. И я еще не знал, что это счастье — лишь короткая передышка перед настоящей войной.

Время — странная штука. Иногда оно тянется, как резина, в ожидании удара, а иногда пролетает со скоростью пули. Два месяца слились в одну сплошную полосу удачи, триумфа и… рутины.

Я сидел в нашем кабинете, вертя в руках карандаш. За окном падал густой декабрьский снег, укрывая Питер белым саваном. Внутри было тепло, пахло кофе и странными химикатами, с которыми возился Ворон. Я посмотрел на свои руки. На вид — обычные ладони. Но я знал, что под кожей, в каждой клетке, гудит сила, о которой большинство Охотников может только мечтать.

Месяц назад я все-таки решился. Я вернулся к Мстиславским и прошел третью ступень, а потом и четвертую. Каждая следующая ступень усиления давалась сложнее. На четвертой я умер, но меня реанимировали. С Лирой на охотах я набрался опыта в противостоянии с четверкой и справлялся с ними уже не на грани между жизнью и смертью. До магистров мне было по-прежнему далеко и на пятерки я даже не замахивался.

На закрытом аукционе у Вольского я сбыл золото заимев не плохую сумму. И купил то, что хотел: редкие гримуары по боевой магии льда и пару защитных артефактов. У меня было всё. И от этого мне было… скучно. Да и активно разбирался с библиотекой рода, вчитываясь и вдумываясь я разбирался в построении заклинаний. Были там свои нюансы, благодаря котором можно было усилить заклинание или чуть быстрее его произнести, а то и чуть сэкономить силы. Вроде мелочи, но в купе очень даже хорошо.

Я поднял глаза и встретился взглядом с Кайлом. Кэп сидел за своим столом, не участвуя в общем веселье. Он держал в руках чашку кофе, но не пил. Он смотрел на меня, что-то прикидывая в уме, а потом отвернулся к монитору.

Но я почувствовал холодок по спине. Он что-то знал. Или чувствовал.

Ночь опустилась на город мягким снежным одеялом. Я лежал на кровати и подумывал а не отправиться мне в отпуск. Попутешествовать отдохнуть или заняться своей родовой усадьбой. Привести ее в порядок.

Но вдруг мир изменился. Тени в углу комнаты, там, где падал свет от уличного фонаря, сгустились. Они стали плотными, маслянистыми. Из темноты шагнула фигура. Лира.

— Ты не спал, — констатировала она. Её голос был тихим.

— Ага, — кивнул я. — Не спал.