– Иди сюда, – сказал я. – Будем приводить тебя в человеческий вид. Я достал из сумки салфетки, бутылку с водой и полотенце, которые тоже захватил из дома. И вот второй раз за какие-нибудь несколько дней я очищаю ее лицо. Правда, прошлый раз это был кошмарный макияж, который ей нисколько не шел, а в этот раз – настоящая натуральная грязь.

– Надеюсь, что навоза не было в той луже, в которую ты столько раз падала, – как бы между делом сказал я.

Мира замерла, словно боясь подумать об этом, но потом застонала:

– Satan i gatan, я надеюсь, что не было.

Я снова засмеялся. Но, когда дотронулся до ее рук, заметил, что они ледяные, ведь ее одежда была влажной, даже мокрой.

– Почему ты не села в машину? Ты же замерзла, – в моем голосе звучала строгость.

– Не хотела пачкать. Сам же говорил, что арендованная.

Я вздохнул:

– Ладно, теперь нужно быстро переодеться. Правда, я не успел съездить за твоими вещами, привез свои. Попробуем сделать так, чтобы они на тебе держались.

Вытряхнул на заднее сиденье содержимое сумки, включил отопление и махнул ей, чтобы она переодевалась.

На пол полетели грязные вещи, а сама она быстро натягивала все, что попадалось ей под руку. Я отвернулся, естественно. Не хватало мне получить новую порцию воспоминаний о ее обнаженной коже. Я и так проснулся сегодня ночью от того, что пытался нащупать ее рядом, а мысль о том, как моя рука путешествовала по ее голой груди, заставила меня отправиться в холодный душ посреди ночи.

Черт, вот зачем я сейчас об этом подумал.

– Какой ты громадный, – послышалось с заднего сиденья. – Твои спортивные штаны сшиты на какого-то гиганта. – Она завозилась: – Можешь помочь завязать?

Я сглотнул, одновременно мечтая, чтобы она была одета и… раздета. Похоже, я превратился в маньяка. Повернувшись, я увидел, что она уже нацепила две моих кофты и теперь возилась с брюками, в которые можно было засунуть еще одну Миру. Рад ли я был этому? Не знаю. Помог ей подвернуть штаны на талии и затянул шнурки. Не супер, конечно, но протянуть несколько часов можно.

– Надень и куртку, – посоветовал ей, когда она перелезла на переднее сиденье, где я включил подогрев, и протянул пакет с едой, – вот здесь все, что смог купить в кафе. Кофе остыл, но, наверное, это лучше, чем ничего.

Она кивнула и зарылась в пакет, доставая тот сэндвич, который я мечтал съесть еще три часа назад. Ладно, теперь, по всей видимости, ей еще и еду свою придется отдать.

Минут пять мы ели молча. Я жевал батончики с мюсли и шоколадом, хорошо, что купил их штук пять. Только сейчас понял, каким голодным был, так же, как и Мира.