Отойдя от пролома ещё на пару десятков метров, Петрос на всякий случай обернулся, взглядом находя дыру в привычный ему мир. Вон он, остался позади, подсвеченный прожекторами строительной техники, нацеленными внутрь обнаруженного тоннеля. Убедившись, что в случае угрозы достигнет спасительного пролома за считанные секунды, мужчина двинулся дальше.

Подземелье было очень тёмным. Не имело ни единого источника света, если не считать света фар машин за спиной или жёлтого пыльного столба, растущего из руки Петроса. Но оно не было немым, и особенно чётко это ощущалось в условиях жёсткой световой депривации.

Далеко впереди, едва слышно, бежала вода, через равные интервалы времени до инженера доносилась мерная дробь капели. Гулял по ветке затхлый шумный ветерок, рождённый где-то снаружи, возможно даже в пределах Циферблата, но постаревший к сердцевине тоннеля. Он пытался что-то насвистывать, блуждая по техническим отсекам в стенах, но делал это печально, очень тихо. Что-то гудело на одной низкой, почти басовой ноте, причём установить источник гула или его местонахождение оператор затруднялся даже приблизительно…

А ещё в темноте что-то скреблось, и оператор буровой техники мог предположить, что именно.

Однако, стоило навести фонарь туда, где только что скрежетали по бетону россыпи острых алюминиевых веток, как те замолкали, пытаясь убедить человека в иллюзорности своего существования. Радар честно молчал. Ни мелькнувшей тени, ни размытого силуэта, ни писка не окружало чужака — если четвероногие обитатели и населяли подземелье, от спустившегося в их королевство человека они предпочитали держаться поодаль.

С каждым шагом всё сильнее удаляясь в дремотное забвение, Петрос убеждался, что попал не в обычную систему метрополитена. Их-то в Новосибирске по пальцам пересчитать, всё наперечёт известны, на карты занесены, в схему развития подземных трасс включены и надёжно изолированы.

Тут же, на глубине чуть большей, чем рыли предки-метростроители, крылась постройка резервная, наверняка секретная, на отдельные фрагменты которой время от времени и натыкались производственные корпорации города.

Гордый своей находкой, инженер продвинулся ещё на двадцать шагов.

И наткнулся на перрон, приподнятый над рельсовой дорогой метра на полтора.

Луч пробежался по стене, с которой обсыпалось больше половины покрывавших её светлых керамических плиток. По остаткам объёмного панно «ище-2», тысячи циклов назад встречавшим гостей короткого перрона. По дверным проёмам, ведущим внутрь подземной метробазы, по бетонным щелям бойниц, выглядывавших в тоннель так, чтобы простреливались подходы…