Так и есть. Резервная ветка, убежище на случай большой войны, от которой никто не успел убежать. Метро под метро, город под городом, компактный, оснащённый всем необходимым и готовый спрятать избранных. В таком нетронутом состоянии, как вторая станция «Мочище», археологи или строители пока не находили ничего.

Закрепив фонарь в наплечном зажиме комбинезона, Петрос ещё раз проверил показания датчиков загрязнения. Убедившись в безопасности воздуха, ухватился за край перрона. Подтянулся на руках, забрасывая себя наверх. Поднялся в полный рост и машинально отряхнул испачканные колени. Приборы молчали, как и сканер движения, заставляя поверить в лживую пустоту заброшенных линий.

Именно эта расслабленность, внушённая чувствительной и надёжной электроникой, едва не стоила человеку жизни…

Петрос оглянулся. Пролом в стене, из которого внутрь секретного метрорусла били прожектора буровой колонны, был ещё заметен, но уже едва-едва, где-то за плавным поворотом.

Под ногами оглушительно хрустела битая керамика. Изо рта вырывались облачка пара, температура существенно упала, влажность повысилась. Поглаживая рукоятку станнера, инженер подошёл к одному из открытых дверных проёмов, осторожно заглядывая внутрь.

Пыльные полы. Боковые ответвления коридоров. Тяжёлые металлические двери, по большей части открытые. Пустые порты для подключения компьютеров и иной электроники. Так и не активированные бронеплиты, готовые рухнуть с потолка и надолго отрезать поселение от линий снабжения. Две фланговые кабины для стрелков с распахнутыми бойницами и пустыми турельными станками. Запахи тлена и звериных экскрементов, запахи затхлой воды, ржавчины и могил, способные рассказать профессиональному эмпату больше, чем предсмертная записка.

Впитывая, вслушиваясь и жадно всматриваясь в жёлтый луч, Петрос шагнул в один из коридоров.

Он считал себя физически крепким мужчиной с хорошей реакцией. Регулярно занимался спортом, посещал соревнования по силовым единоборствам и играм в мяч, не позволял себе переедать. Но когда из-под ног своевольно и неожиданно ушла твердь, по правому колену что-то ударило, а затем его повлекло вниз — в пыльную бездну, — среагировать не успел совершенно. Попытался развернуться в полёте, чтобы ухватиться за порог комнаты, но предательская плита пола, расколовшаяся и вставшая на дыбы, не позволила дотянуться.

За одну секунду Петроса спеленал дикий, неконтролируемый страх.

В сознании пронеслось что-то чёрно-серое, грязное, сверх меры наполненное негативом и ожиданием дурного. Не сдержавшись, инженер, словно животное, издал короткий нечленораздельный вопль.