XXI

веков считали, что по развитию собственного языка — безусловно, до трансформации генома, — свинья занимала второе место среди иных животных. Любопытным также считалось их умение обладать музыкальными пристрастиями, и даже „подпевать“ избранным композициям. Ещё в начале текущего века эксперименты с этим видом доказали, что интеллектуальное развитие взрослого животного соответствует умственному развитию трёхлетнего ребёнка. Изучаемые особи оказались умны, легковозбудимы и подвержены стрессам, что доказало наличие у этих существ глубокого многогранного интеллекта, присущего высшим формам жизни на нашей планете».

«Социализация высших млекопитающих и иных живых организмов», д. б. н., академик РАН, ректор Российско-Европейского Университета систематики и экологии животных СО РАН Эльдар Котляков, 2064 год.

Артемидий переживал невыносимое, экстатическое наслаждение.

Оно фонтанировало в его логосе вспышками кислотно-алой лавы, перехлёстывая через край и заставляя забыть об усталости или потраченном времени. Наполняло нестерпимым желанием довести дело до конца. Рассыпалось искрами, каждая из которых несла сотни оттенков красного и изумрудного. Плескалось колдовским зельем, бурля, клокоча, неистово пульсируя и грозя разорвать на части не только сознание, но и тело молодого корпатрицианта.

Нечто подобное испытывал и Леонидас.

Это Селиванов чувствовал не только через общую систему связи, позволявшую отслеживать настроения членов группы. Чувство исходило от Бродова, словно тот превратился в испускающую яркий свет лампу или зажжённую свечу.

Напарник, коллега и просто друг неотступно следовал за Артемидием, став машиной по выслеживанию и выживанию. Как и его начальник, Лео трансформировался в часть системы награждения — в безвольный элемент, существование которого базировалось на нескольких простых принципах. Элемент неотвратимый, упорный, целеустремлённый, готовый любой ценой выполнить поставленный приказ.

Остальным участникам похода заместитель директора по инвестированию столь ярких переживаний приписать не мог. Дионисий выдыхался с каждой минутой. Если и старался держаться молодцом, то только на силе воле и нежелании показать профессиональную непригодность в своей самой первой вылазке.

Клеоника тоже измоталась. Но если парнишка-ликтор тривиально устал и был подавлен нависающими над людьми тоннами грунта, то следопыт теряла энергию совсем по иной причине. След, столь хорошо различимый на поверхности, под землёй становился всё более размытым и бледным. Трудноуловимым.

Уже несколько раз девушка сбивалась с курса, возвращая группу назад и начиная поиски заново. Подвернула ногу, не сразу заметив опасный скат, усеянный торчащей арматурой. Дышала тяжело, надрывно. Усталости силилась не выказывать — не позволяла профессиональная гордость. Но и выплёскивать эмоции, сравнимые с куражом Селиванова или Бродова, тоже не спешила. Логос следопыта стал блёклым, скукожился и переживал сильный психоэмоциональный спад.