Вместе с Ори мы перенесли его на диван, я принес подушки и одеяло из спальни.

— Не надо целителей, — умолял Нил, кажется, в бреду.

Я все-таки собирался вызвать хотя бы Фэя — если Нил боится арлисских лекарей (мало ли какие у него могут быть причины), то может, у Фэя есть знакомый целитель, которому можно доверять?

Слава богу, не пришлось. Знакомые целители, как оказалось, были и у меня.

— Элвин, как хорошо, что я тебя застала. — Шериада говорила это, а портал вихрился за ее спиной. Закрывать его принцесса не спешила. — Возьми, пожалуйста, это твои документы для посольства завтра… Ого!

Она наконец закрыла портал, и Ори забрал у нее шкатулку.

— Госпожа, — выдохнул я. — Помоги! Что с ним?

— Привязка. — Принцесса подцепила пальцем подвеску, и Нил протестующе застонал. — А перед этим он много колдовал. Ты не помнишь, с тобой то же самое было, когда мы познакомились.

Смутно, но да, я помнил, как мне было плохо в ту ночь. Шериада действительно тогда, кроме всего прочего, говорила про какую-то привязку.

— Сильные артефакты, — объясняла принцесса, колдуя над Нилом, — особенно взятые из Источника, должны быть настроены на мага. Как будто… эм, привязаны к нему. Во время процесса настройки, то есть привязки, колдовать нельзя.

— Почему ты не сказала? — спросил я и тут же прикусил язык. Она осталась помочь, она подарила этот артефакт, спасший Нила от исключения. Нельзя быть неблагодарным.

Шериада нахмурилась.

— А зачем? Ты ведь даже брать этот артефакт не собирался. Ладно, давай-ка перенесем твоего друга в спальню. Ори, мы с Элвином сами справимся, а ты приготовь, пожалуйста, тоник из «черной вдовы».

— «Вдовы», госпожа? — перебил я. — Но это же яд.

— Для хумар — тоник. Ори, пять капель смело лей: не отравится.

Нил оказался неожиданно тяжелым. Мы с трудом уложили его на кровать, Шериада села рядом, расстегнула на нем сорочку, сняла перчатки и принялась что-то тихо напевать. Прошла минута, и Нил расслабился, задышал ровнее. Но принцесса все равно напоила его зловеще черным тоником.

— Элвин, успокойся, с ним все будет хорошо.

— Правда? — выдохнул я.

— Правда. Я не первый раз лечу хумару. А к целителям он, кстати, почему не пошел? С ним плохо обращались?

Я пожал плечами, и Шериада нахмурилась.

— Узнай, когда проснется. И, пожалуйста, с именами. Я разберусь.

— А когда он проснется, госпожа?

— Утром. Поверь, он будет совершенно здоров. Обещаю. Да, диету я сейчас напишу, соблюдайте ее оба, раз такие глупцы. Лишь бы без магии остаться, да? — Шериада покачала головой. И вдруг добавила: — Элвин, я понимаю, тот наш разговор на Острове был… — Она замялась. — Я была резка. Мне жаль. Постарайся больше ни во что не влипнуть.