— О, — протянул он. — Ты хочешь сделать что-то глупое. Забавно.

Он рванул ко мне. Уже не ленивой походкой хищника, играющего с добычей. По-настоящему — быстро, целенаправленно и смертоносно.

Такой техники не существовало в Пути Пламени. Я создал её сам, в процессе дегенерации, смешивая солнечную и демоническую энергию. Горнило взревело, выплеснув накопленную силу через меридианы рук. Багрово-чёрное пламя сформировалось в виде клинка — длинного, двухметрового, пульсирующего энергией распада. Там, где проходило лезвие, реальность становилась тоньше, трескалась, и сквозь трещины сочилось нечто из Пустоты. Демон попытался увернуться. Поздно — я вложил всё в скорость броска. Клинок вошёл в его бок, прорезая чешую, плоть, доставая до кости. Я прокрутил клинок, расширяя рану, стирая ещё больше плоти. Демон дёрнулся, отбросил меня когтями. Три длинные борозды прорезали грудь, рёбра затрещали. Я упал, но не отпустил технику. Клинок остался в ране, продолжая гореть, стирать, уничтожать.

Мэй появилась сбоку. Её меч, усиленный фиолетовой энергией, прошёл по сухожилиям задней лапы. Демон качнулся, почти упал, но удержался.

Хорошо. Мы ранили его. По-настоящему ранили.

Может, есть шанс.

Может…

Демон посмотрел на нас. И засмеялся.

Смех был ужасен — низкий, гортанный, полный чего-то, что невозможно описать человеческими словами. Смех существа, которое видело тысячи смертей, причинило миллионы страданий и находило всё это бесконечно забавным.

— Хорошо, — проговорил он. — Очень хорошо. Вы действительно зацепили меня. Впервые за… сколько там? Сто пятьдесят человеческих лет? Больше? — Он выпрямился, несмотря на рану в боку и повреждённую лапу. — Я даже успел позабыть эти ощущения.

Мы бились не на жизнь, а на смерть, использовали запрещённые техники, рвали меридианы, жгли годы жизни.

И всего лишь зацепили. Поцарапали.

— Но развлечения закончились, — демон сделал глубокий вдох.

Если раньше это было давление, тяжесть, то теперь — шквал. Волна силы прокатилась по залу, сминая камень, разрывая воздух. Мэй отбросило к стене, доспех вспыхнул и рассыпался фиолетовыми искрами. Меня придавило к полу, будто сверху обрушилась гора. Рана в боку демона начала закрываться. Не просто заживать — стираться из реальности, будто её никогда и не было. Клинок Распада растворился, не в силах противостоять концентрированной демонической энергии. Повреждённая лапа выпрямилась, сухожилия сплелись заново.

За пару секунд демон вернулся в первозданное состояние.

— Теперь моя очередь, — он шагнул к Мэй.

Я попытался встать. Не получилось. Давление ауры было слишком сильным. Руки дрожали, ноги подгибались, меридианы кричали от перегрузки.