Хозяин попытался было занять место с краю, но позволить ему обособиться таким образом означало прямо с ходу проиграть шанс на благоприятный исход знакомства. Раим был хорошим тактиком и неплохим стратегом, а ещё он слишком хорошо знал, сколько надежд лелеяла его любимая жена на эту встречу, а потому он позволил себе небольшенькое, прям совсем крошечное ментальное насилие и непримиримый затворник занял место по центру скамьи, хотя сам не понял, как оно так вышло. Местечки справа и слева от хозяина немедленно заняли Серафима и Ольга. А напротив устроились остальные земляне. Жех Семёныч, как признанный лидер — напротив хозяина, а по бокам от него угнездились широкоплечие Аркадий Борисович и Павел. И все. Стол для такой компании оказался маловат, а лавки коротковаты. Потому посадочные места вокруг стола закончились: на скамьях места всем не хватило.

Хозяин ехидно ухмылялся в усы ровно до той минуты как один их гостей в черном показательно щёлкнул пальцами и лавка удлинилась ровно настолько, чтобы черномундирные вполне удобно устроились по обеим сторонам от женщин, но стол оставался коротковатым. Это проблему решил второй черномундирный, так же прищёлкнув пальцами. Ольга благодарно улыбнулась супругу, Серафима приняла сей аттракцион, как должное, а Пашка едва удержал покерфейс — в магическом зрении доски остались прежней длины, а оба великих вполне уверенно опирались локтями на воздух. В человеческом зрении все выглядело, как доски. Чисто выскобленные и закругленные на торцах, чтоб острой кромкой руки не резало. С таким тонким колдунством Паха еще не сталкивался. Воздух плюс иллюзия на основе ментального воздействия? Ладно, всё магическое потом. Тем более, что парням по-прежнему сесть было некуда.

Парни милостей от начальства ждать не стали. Ован, ничтоже сумняшеся, вырастил по два земляных столбушка с каждой узкой стороны стола. Потом подумал немного и дорастил их до размера основательной табуретки. Аний демонстративно обдул творения земляного воздухом и уселся с таким видом, как будто место в ложе Большого занимал. Приготовился спектакль смотреть, паразит любопытный.

Расселись. Повисло вязкое молчание. Нрекдольцы терпеливо ждали развития событий. Аркадий тоже ждал и, по приобретённой на Нрекдоле привычке, готовился к худшему, ибо восторженные упования своих подружек не слишком разделял. Но ради них старался сохранять спокойствие и доброжелательность. Этот могутный дядька рафинированному москвичу был непонятен, а потому тревожил. Аркадий всем сердцем желал уберечь своих спасительниц от разочарования, правда, не понимал — как. И, наверное, сильно бы удивился, что старый партиец в полной мере разделял его тревогу. Правда, по совершенно иной причине.