— Муаллим-и-Дин, — поправил его Серый полушёпотом.

— Во-во. Эта самая падла… Когда он в кишлак заявится?

— Будешь много болтать, — сказал ему Звягинцев, — прозеваешь.

— А вдруг и правда не придет? — Бычка пропустил комментарий Звягинцева мимо ушей. — Тогда вообще обидно будет… Перлись-перлись черт знает куда. Лежим теперь в этой грязюке… И че? А вдруг не придет?

— Бычка… — выдохнул Звягинцев, — тебе когда душман нос сломал, ты в какого-то нытика превратился.

— Да иди ты в баню, Звяга… — обиделся Бычка.

— Небось боишься, что тебя теперь девки любить не будут, а? — рассмеялся Звягинцев тихо.

— Да я тебя щас…

— Отставить балаган. Тихо всем, — сказал я.

Бойцы притихли.

Тишина казалась почти спокойной. Где-то мерно играл сверчок. В кишлаке, что был от нас в нескольких сотнях метров, время от времени орали ишаки. Мычали коровы. Но в общем и целом поселение казалось спокойным. А еще темным. Очень темным.

Отсюда, с речки, оно напоминало черную громаду наложенных друг на друга блоков — ни единого огонька.

Над этим всем царствовал полукруглый купол невысокой башни минарета, отмечающего местонахождение местной мечети в кишлаке.

— Хреновая у нас позиция, — снова принялся ныть заскучавший Бычка. — Отходов никаких. Позади скала, если накроют — укрыться там не успеем. Тут отход один — к устью реки. Да и то по руслу. А тут мы сверху будем как на ладони.

— Так тут же все заросло… — возразил ему Звяга.

— Это если притаиться — можно пересидеть. А если двигаться? Тогда сразу раскусят.

В этот раз я не стал одергивать бойцов. Сейчас сильно напрягать внимание не требовалось, а говорили они гораздо тише, чем раньше.

— Ну и все… Накроют нас… — продолжал Бычка.

— Ты че заладил? Накроют-накроют… Весь настрой портишь, — раздраженно бросил Звягинцев.

— Саш… Саша… — подлез ко мне Серый Матов.

— Чего?

— Проблема у меня… Мне по нужде надо…

— Бычка, — я обернулся к пулеметчику.

— Я.

— Иди сходи с Матовым. Ему надо по нужде. Спуститесь вниз, к руслу. Далеко не отходить.

Бычка закряхтел. Принялся медленно отползать. За ним и Матовой.

— Это Ветер два, вижу движение на дне русла, метров двадцать от нас. Прием.

Это в рации раздался тихий голос Андро. Потом зашумела статика.

— Что видишь, Ветер два? Можешь разобрать в темноте? Прием, — ответил ему Муха.

— Пробую. Секунду. Коза, Ветер один. Там коза ходит. Вон, отсюда слышу, как блеет, прием.

Муха некоторое время ничего не говорил. Потом отозвался:

— Поглядывай за ней. Прием.

— Ветер один, предлагаю проверить, — отозвался Андро Геворкадзе, — может где поблизости пастух есть. Могу послать пару человек. Повторяю: предлагаю проверить козу. Как поняли? Прием.