Несколько секунд в эфире царил шум статики. Потом наконец раздался голос командира взвода:
— Понял тебя, Ветер три. Даю добро. Выдвигайся.
Глава 22
— Кто⁈ — из темноты раздался сердитый голос Андро Геворгадзе.
— Свои. Селихов.
Мы с Бычкой медленно, аккуратно шурша растительностью под сапогами, продрались сквозь стройные заросли бузины.
Навстречу нам вышли Геворкадзе с Колесниковым.
— Где провалился Плюхин? — спросил я тут же.
Геворкадзе обернулся. Глянул на рядового. Лица солдата в темноте я не видел, но его глаза, яркими пятнами горевшие под каской, выражали явное беспокойство.
— Можешь показать? — добавил я.
— Щас, мужики, — проговорил Колесников тихо, — где-то здесь было. Я попробую отыскать.
— Давай быстрее, — подогнал его раздраженный всем происходящим Андро.
Провал мы заметили не сразу.
Только когда приблизились и я подсветил местность красным фонариком, все увидели остов старинного колодца. По сути, это была низкая в два или три кирпича, полуразрушенная кладка. Причем ее, по всей видимости, тщательно замаскировали, потому что кирпичи забросали суховатым дерном и ветками.
Я медленно, на всякий случай прощупывая почву ногой, приблизился к нему. Остальные бойцы затихли у меня за спиной. Я направил луч своего красного фонарика внутрь колодца. Подсветил.
— Ну че? Видно Плюху? — подобрался ко мне с правого бока Андро.
Его вытянутое, длинноносое и напоминавшее птичье лицо окрасилось в красный отсвет моего фонаря.
Я поводил лучом, позаглядывал в нутрь. Андро было подалося вперед.
— Аккуратнее, — сказал я, не отрываясь от осматривания глубокого колодца, — не налегай на кирпич. Вдруг провалится.
Андро тут же убрал руку с кладки, да так, будто бы кирпич был горячим, словно раскаленный металл.
— Ну че там? — вопросительно кивнул мне Геворкадзе, когда благоразумно отстранился от колодца и оказался у меня за спиной. — Видать бойца?
— Дно видать. Тут метров семь. Бойца — нет, — я обернулся, спросил у Колесникова: — Ты пробовал его звать?
— Да, но тихо. Он не отзывался, — покивал боец. Потом поджал губы. Глянул сначала на Андро, потом на Бычку. — А вдруг он того… Убился?
— Плюха всех нас переживет, — выдохнул Андро, — он раз со скалы кубарем покатился, и ни одной косточки не сломал. А еще — жрать может такое, от чего остальные блюют…
Сержант попытался заглянуть в колодец мне через плечо.
— Это, видать, кяриз. Там наверняка есть туннель. Плюха, видать, очухался, увидел, что никого нет и пошел искать выход. В кяризах всегда есть какой-нибудь еще выход.
— Да, кяриз, — согласился я. — Воды на дне не видать, но там сыро. Вижу какой-то проход. Веревку принесли?