В этой смеси запахов, что врывалась в нос, стоило спуститься на дно колодца, я различил еще один — едва уловимый аромат табака. Пусть, после того как еще в молодости я бросил курить, запах курева казался мне неприятным, но на фоне остального «букета», что здесь главенствовал, он оказался вполне себе ничего.

Эффект вони усугубляла темнота. Абсолютная, густая, будто бы осязаемая. Если бы не наши с Бычкой фонари — рассмотреть что-то тут внизу было бы решительно невозможно.

Да и то, слабый фильтрованный красным свет фонарика быстро терялся в непроглядной темени. Казалось, он не мог разогнать и пяти метров тьмы.

Стоило перенаправить луч фонаря, и тени, что возникали на периферии зрения, казались отброшенными невидимым, крадущимся у тебя за спиной противником. Это заставляло напрягать зрение и ум, чтобы случайно лишний раз не среагировать на угрозу.

Гулкая, мокрая тишина беспрерывно нарушалась монотонным «кап-кап-кап» скопившегося на сводах конденсата. Где-то шуршала и попискивала крыса. Громкое, учащенное дыхание Бычки неприятным шепотом свербело в ушах.

Бычка с громким всплеском спрыгнул с веревки.

— Зараза… Точно где-нибудь наберу по самое голенище… Потом ноги размякнут и в кровь сотрутся… — немедленно принялся жаловаться он.

— Спустились? Все хорошо? — донесся сверху голос Андро.

— Да! Хорошо! Сейчас пойдем! — крикнул ему Бычка.

— Тише ты, — зло зыркнул я на бойца. — Не ори.

На миг он застыл в ступоре. Потом недовольно протянул:

— Виноват…

— Ну и хорошо! Ждем вас через пятнадцать минут! — ответил Геворкадзе.

— Займи позицию здесь. Следи за проходом. Я осмотрюсь. Поищу следы, — сказал я. — И не топчись сильно.

Бычка занял мое место у сырой каменной стены. Направил пулемет и луч своего фонарика в жерло прохода.

— Слышите⁈ — крикнул Андро сверху.

— Тише. Слышу, — ответил я ему, подняв взгляд кверху. — Через пятнадцать минут. Как договаривались.

На фоне синевато-черного неба маячила полукруглая и какая-то большая от каски тень головы сержанта.

— Хорошо! Добро!

Андро стал было подниматься от горла колодца, но вдруг чертыхнулся. Заскрежетали кирпичи.

Я отскочил, когда один из них, сорвавшийся сверху под давлением руки Андро, глухо впечатался в глину.

Бычка аж привстал. Обернулся от удивления.

— Сука… Все живые? — крикнул Андро.

— Аккуратнее. Говорил же — не опирайся. Кладка ветхая.

Андро помялся.

— Извини, Санек. Я не со зла.

— Идите на точки. Мы начинаем.

Андро совсем исчез, а я обратился к Бычке:

— Следи за выходом в туннель.

Бычка снова уселся у стены, направив ствол своего пулемета в его черный проем.