Уткин нахмурился.
— Мы с тобой же договаривались… Куда ты, туда и…
— Ты тут нужен. На заставе. Без тебя им тяжелей будет, Вася.
— Но…
— А Малюгу на кого оставишь? — хитровато улыбнулся я. — Его ж Солодов затюкает своими шутками про деревню. Один ты его только и спасаешь.
Вася Уткин открыл было рот, чтобы что-то сказать, но так и не сказал.
— Это ты с кем-то договорился, да? — спросил Нарыв мрачно. — Чтоб тебя подальше отослали, а нас не трогали? Так?
Впрочем, ему я тоже не ответил. Все потому, что мы заметили какую-то суету у КПП. Молодой часовой с кем-то упорно спорил. А этот кто-то изо всех сил пытался прорваться на территорию отряда.
— Я знаю! Он тут! — услышал я знакомый девичий голос.
Когда присмотрелся издали, то понял — это Наташа. И она была не одна, а вместе с отцом. Я рассмотрел массивную фигуру геолога Иванова, который тщетно силился удержать свою дочку.
— Гражданочка! Нельзя сюда! — протестовал часовой неуверенно. — Ни то я сейчас кого надо вызову!
— А я туда не хочу! Вы просто позовите!.. Позовите!..
— Наташенька… — суетился вокруг нее Владимир Ефимович. А вместе с тем он непрерывно извинялся перед перепуганным часовым: — Простите! Простите ее! Ай! Наташенька! Простите ее!
— Мне нужно увидеть его! Нужно увидеть Сашу Селихова!
— Не положено, гражданочка! Гражданин, держите вашу дочь в руках!
— А это не твоя ли? — спросил Нарыв, кивнув к КПП.
— Моя, — сказал я с улыбкой. А потом встал и энергично пошел через плац к КПП.
Когда приблизился, Наташа меня заметила. Глаза ее от изумления округлились.
— Саша! Сашенька! Живой! Господи, живой! Да что ж они с тобой сделали⁈
— Привет, Наташа, — ответил я с улыбкой.
— Нам вот его надо! Вот этого хлопца! — тут же забухтел Иванов. — Выпустите его на две минутки за ворота! Выпустите и все!
— Саша!
— Не положено! — упирался неуверенный часовой.
Когда я приблизился, Наташа вдруг замерла. На лице ее застыла маска изумления. А потом… Она внезапно схватилась за живот.
— Ох! Ох!
— Наташенька! — испугался Владимир Ефимович, поддерживая дочь, чьи ноги внезапно подкосились.
— Гражданка! Что с вами⁈ — перепугался часовой.
— Что-что! — кричала Наташа в ответ. — Плохо мне! Плохо! Беременную женщину в могилу сводите!
— Как это… Беременную? — побледнел Владимир Ефимович.
— Как это… Беременную? — часовой повторил интонацию геолога точь-в-точь.
— Так это! А вы меня к отцу ребенка не пускаете! К жениху моему! — кричала Наташа, кривясь от боли. — Сашенька!
Я хмыкнул. Покачал головой, а потом пошел к этой веселой компании, чтобы прекратить весь гай-гуй.
Глава 11