Я приподнял бровь. Глянул на шедшего ко мне неторопливым шагом Волкова. Рожа у него была такая, будто бы он сожрал лимон и упорно терпел кислятину во рту.
— Погоди.
— Че-то случилось? — кивнул я ему.
Волков приблизился. Стряхнул с кителя сухую пыль, что почти постоянно держалась в воздухе вокруг. Он даже не заметил, как она снова осела на выцветший китель.
— Отойдем, — не спросил, а констатировал он. Причем тон замкомвзвода был надменным и неприятным.
— Зачем? У тебя ко мне какие-то вопросы?
Волков нахмурился. Поджал пухловатые губы.
— Отойдем, — повторил он строго. — Мне тебя надо на два слова.
Глава 19
— Если вопрос служебный, — ответил я, пожав плечами, — то говори здесь. Я слушаю.
Физиономия Волкова стала еще кислее. Он поправил панаму. А потом зыркнул к дальней стене крепости, где солдаты под руководством сержантов и какого-то незнакомого мне лейтенанта занимались чисткой оружия.
На этом Волков не остановился. Так же медленно посмотрел он и к ближней стене, под пузатую башню штаба. Даже поймал на себе взгляд худого как щепка прапорщика, под чьей командой солдаты таскали на склад боеприпасы.
Очень уж не хотелось замкомвзвода вести какие-то разговоры здесь, в этом людном месте. Даже если эти разговоры, в чем я лично сомневался, касались службы.
— Нет. Отойдем.
Мне очень хотелось ухмыльнуться, но я сдержался. Вместо этого сделал очень серьезное и предельно «служебное» лицо, а потом громко, так, чтобы все слышали, сказал:
— Скажите, ваша просьба отойти, чтобы поговорить без посторонних, это приказ?
Волкова мой излишне громкий голос и формальный тон будто бы по голове ударили. Он даже на миг скривился и втянул голову в плечи. Снова заозирался, наблюдая, как лейтенант с сержантами обернулись, чтобы посмотреть, что же происходит. Обернулся и прапорщик.
Замкомвзвода понимал, что если он все же настоит, то для окружающих это будет выглядеть несколько странно. А еще может выставить старшего сержанта в очень невыгодном свете. Вдруг другие офицеры и солдаты решат, что Волков какой-нибудь интриган?
— Пожалуй, можно и здесь, — протянул он сквозь зубы.
— Хорошо. Надеюсь, наш разговор не затянется, товарищ старший сержант. Я следую по служебным делам.
И снова реакция такая, будто бы Волкова стукнули молотком по макушке.
— Нет. Ну, конечно же нет, — вымученно улыбнулся он. — Но это не значит, что дело не серьезное.
Не ответив, я только кивнул.
— Утренние занятия уже закончились, а документация по ним еще не заполнена. Это, Саша, непорядок, — он ухмыльнулся. — Определенное нарушение дисциплины. Возможно, у себя на заставе ты мог себе такое позволить, но здесь — дело другое.