— Так ж эта, Дарий же наш, эта ж, на лекаря учился, доаа! Он ж все знает, вы его спросите, он ж че, не поможет шоли ж. — Твою мать мужик…кто тебя за язык вообще тянул.

Недолго думая меня снова схватили за шкирку и потащили пред светлые очи начальства. Притащив в палатку Де Готье, в которой кроме него сидели еще пятеро: уже знакомый монах, морщась баюкал руку, да у него плечевой сустав выскочил со смещением! И он так ехал похоже весь день. Возле него суетились на полусогнутых ногах и боясь его до дрожи в коленках, не зная с какой стороны к нему подойти, два мужика с обоза. Их суета и невнятное бормотание дико раздражала его, и он на них орал, из-за чего они еще больше нервничали и еще больше суетились. Недалеко от них сидел на лавке хмурый словно туча мужик из окружения де Готье, с шикарными черными усами и густыми бровями. Он сложив руки на могучей груди смотрел на бедных обозников поджав губы, из-за чего его шикарные усы встали торчком. В дальнем углу развалившись на стуле, закинув ногу на ногу сидел потягивая вино с мерзкой ухмылкой превосходства какой-то молодой хлыщ одетый в белую шелковую рубашку, его длинные светлые волосы были затянуты лентой в мужской хвост на затылке. А сам де Готье сидел за столом, явно пребывая не в духе, облокотившись одним локтем на стол, он посмотрел на меня уже по-новому, изучая.

— Мне сказали, что ты был подмастерьем лекаря, это так? — Сразу в лоб спросил он.

Я снова окинув взглядом всю компанию, подумав пару секунд ответил.

— Не совсем так сир Джонатан.

— Поясни!

— Я действительно был в подмастерьях у дона Матэо из Глироса. Но, честно говоря, он придурок и пьяница, а лекарь он был дерьмовый, практически все его уроки были как напиться в трактире бесплатно. Кое-что он конечно показывал, но боюсь, что моих знаний будет недостаточно.

Я отчаянно не хотел в это ввязываться, тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять: если что-то пойдет не так, а оно наверняка пойдет, виноватым останусь я, так как не досмотрел. И отвечать мне придется по полной, скидку на то, что я малец и учился у пьяницы и живодера. Методы лечения которого — это помочиться смотря на восток на уголь, а потом растереть углем перелом ноги, и сидеть под луной, мол лунный свет помогает. И на все воля Всевидящего. Надо ли говорить, что погибали от его лечения чаще чем без него. И за это еще должны платить немаленькие деньги. Неудивительно, что большинство лекарей многие считали шарлатанами.

— У тебя слишком длинный язык неблагодарное отродье! Тебя похоже совсем родители не воспитывали. Тебя брали в подмастерье не для того, чтобы ты поливал грязью ученого человека, который спасает людей. — Рыкнул усатый. — Когда тебя спрашивает костеродный господин, ты должен отвечать на вопрос поклонившись; Да господин, я был подмастерьем. А твое мнение о навыках и пристрастиях дона Матэо из Глироса никто не спрашивал!