Он не заставил себя долго ждать, выбежав на поляну перед камнями согнулся, оперевшись рукой о дерево и со свистом втягивал воздух, его заметно пошатывало. Перекошенная рожа вся в крови, красавец. И судя по всему он решил отдышаться. Нее приятель, это ты зря! Нельзя давать ему перевести дух.
— Эй капитан одноглазка, ты как там? Я слышал, в портовых борделях Райлегга в моде одноглазые мальчики, уверен, ты будешь пользоваться бешеной популярностью!
— Убью тварь! –прохрипел он и ринулся в атаку.
Мне пришлось держать позицию ближе к камню для маневра, я боялся зацепиться за бурелом. Запрыгнув на камни, он сразу ринулся на меня, пытаясь, достать размашистым ударом, поднырнув по руку с ножом и уйдя вправо, я всадил ему в бок обломок стрелы с оперением. Он вскрикнул изогнувшись, и улетел в бурелом с треском ломая сухие ветки.
— Не дергайся кошка, все будет быстро. — Вернул я ему его подначку.
Он больше не улыбался, зыркая на меня единственным глазом, начиная осознавать всю глубину темных вод в которые заплыл. И несомненно жалея, что ввязался во все это. Ну же, поманил я его оставшимся обломком стрелы. Он все-таки нашел в себе силы встать, снова упав на колено, едва удержавшись рукой за дерево. И прыгнул на меня, подмяв своей тушей под собой и…умерев от обломка стрелы с наконечником в подбородок. Как я и говорил, у крыс свои представления об играх с кошками. Еле спихнув его с себя, я сел облокотившись спиной о камень. Я только сейчас понял, как же я устал, адреналин отпускал. Сильно потряхивало, ноги оказались ватными и напрочь отказывались слушаться, руки не поднимались совсем. Я сам не понял, как уснул.
Проснулся я от того, что жутко замерз, камень подо мной вытягивал все тепло. Уже стемнело, и я почти наощупь в тусклом свете луны нашарил свой рюкзак. По-хорошему, стоило бы было забрать у этого урода куртку, но прикасаться к нему если честно было противно. Так что стуча зубами, нашел огниво в рюкзаке и наломав с бурелома веток развел костер, чтобы согреться. И сидя там лесу у костра, я почувствовал, что тут есть кто-то еще, кроме меня и трупа, что лежит недалеко.
Глава 5
Что-то последовало за мной с того места. Места проведения ритуала в руинах, места, где умер тот отступник-заклинатель. Нечто голодное. Слепое, истощенное сознание, мечтающее о плечах на которые можно опереться, плечах увенчанных полупрозрачными крыльями. И о том, кто их подарит. Я не сразу это понял, замечал на краю сознания, но понял только потом. Да и нашему человеку сложно заметить тень под лавкой, которая чуть гуще чем должна была бы быть. Ни при свете одинокой замасленной свечи. На нее просто не обращаешь внимания, пока не увидишь, что она перетекает в соседний угол. По мне пробежал озноб. Озноб был физическим ощущением, вытекающим из темноты и сворачивающимся вокруг моих ног; холодным, как ледяная вода. Я точно почувствовал чье-то присутствие — или, скорее, отсутствие. Похожее на чувство опустошения после длительных объятий с близким человеком. И тогда я понял, твердо и уверенно, что в там в углу под камнем вместе с мной кто-то есть.