— Поздравляю, — Мари на меня смотрела удивленно неприязненно. — Наверное ты горд?
— Чему?
Она кивнула на кольцо. Смотря на него как будто оно было проклято.
— Карты в этой партии сдавал не я Мари. Я был горд когда я жил в трущобах и лечил людей, я был свободен и горд собой, той работой что я делал, тем что я помогаю людям, и тем как они со мной разговаривали. А теперь, мне придётся делать то, что мне скажут, независимо от того нравится мне это или нет, так скажи мне, чему тут гордиться? Мне теперь стыдно будет смотреть в глаза честным людям Мари. — Я немного рассердился на нее, потому что напомнила мне, и на себя, что был недальновиден и слишком уверен в себе.
— Прости. — Ее взгляд смягчился. — Просто все кто получает такое кольцо, страшно горды собой, ты первый кто… — Она не стала заканчивать, но и так было легко понять, что она имела в виду.
— Тебе не за что извиняться.
— Расскажешь, что случилось?
— Не смог удержаться, высказал одному костеродному ублюдку, что о нем думал. Он нанял убийц, и когда они пришли за мной, убили Велию, а меня спасли люди гильдии, и теперь за мной должок.
Теперь уже я отстраненно смотрел в окно, с грустью вспоминая ворчливую травницу.
Глава 21
К счастью, или нам на беду, ночью собирался дождь. Тучи ползли по всему горизонту широким фронтом. И ночью начал собираться, стелясь по земле туман, клубясь и собираясь в призрачные кучи. Лукас сказал, что это нам на руку, и сложно представить более идеальные условия для кражи.
Место где хранили документы, которые нам были нужны, оказался гарнизон стражи чуть за городом на холме, перекрывающий дорогу ведущую в замок наместника. Вышли мы как только стемнело, основательно приготовившись и все обсудив между собой. Нас было четверо; я, Лукас, Калеб и Мари, в задачу которой входило открыть замок сейфа в кабинете костеродного, где и лежали документы. Но меня смущало лишь одна маленькая и совершенно незначительная деталь, в гарнизоне было почти пять десятков вооруженной и обученной стражи. Да, большая часть будет спать, но там как минимум с десяток караула. И если нас заметят, думаю до тюрьмы мы не доедем, нас прямо там и повесят. Когда узнал куда именно мы идем я потребовал, чтобы мне дали определенные травы, хоть отвлеку стражу если что. И вот, мы, как четыре сгорбленные тени, крадемся при слабом свете еле пробивающейся сквозь тучи луны, скользя между камней к каменной громаде гарнизонной башни, виднеющейся на фоне замка наместника.
Мы пропустили мимо десяток патрулирующей стражи, которые громко топали, сопели и шумно переговаривались под скупым светом чадящих факелов, пройдя мимо нас даже не посмотрев в сторону нагромождения камней, за которыми мы и притаились. Пропустив мимо патруль, мы двинулись дальше скользя вдоль дороги, как сзади раздалось цоканье копыт. Кто-то ехал, и дробный перестук подкованных копыт, которые не смог приглушить даже туман, расползающийся мутно-серыми рваными клочьями, раздавался над каменной мостовой.