— Симби…кто? — Карлотта все переводила взгляд с меня на Полночь.

— Симбиоз. Взаимовыгодное сообщество абсолютно разных живых организмов. О ней кстати больше никто не знает и я очень хочу, чтобы так и оставалось. Договорились?

— Ну не знаю…А, что еще она умеет?

— Она питается страхом, моим страхом. Не так чтобы я потерял голову, но достаточно, чтобы в решающие моменты перестать сомневаться. И благодаря ей, я отлично вижу в темноте. Ну и еще ее можно попросить попасть куда тебе нужно, если хочешь подслушать или посмотреть не прячется ли кто. На тень, особенно в темной комнате, никто не обращает внимания. Вот в принципе и все.

— В принципе и все. — Фыркнула Карлотта. — Теперь я тоже хочу такую тень.

— Ну, тебе всего лишь нужно найти полубезумного колдуна, чтобы он тебя похитил и провел запрещенный ритуал с жертвоприношением, хрен пойми где, на развалинах древнего замка. Если ты чудом выживешь, то у тебя будет такой же склад сарказма.

—…Неправда, такого больше ни у кого не будет, я одна единственная и неповторимая…

Я лишь молча улыбаясь и смотря на Карлотту указал руками на Полночь. «Мол теперь ты видишь»

— Теперь я уже не хочу такую тень. — Карлотта улыбнулась в ответ, но все еще настороженно посматривала на Полночь.

— Но я предупреждаю. Если ты расскажешь кому-нибудь, я буду все отрицать. И я буду с тобой сражаться. — Я встал в боксерскую стойку, поднял оба кулака и сделал несколько выпадов в ее голову. Карлотта легко отмахнулась от них и пнула меня под зад в сторону выхода.

— Иди давай, боец. Там твой чемодан притащили.

— Злые вы, уйду я от вас. — Проворчал я в шутку, потирая незаслуженно пострадавшую пятую точку.

Малыш Шур действительно притащил мой чемодан, со всеми инструментами и лекарствами которые были у меня когда я его оставил в последний раз, как я и говорил, никто даже не притронулся к нему. Все-таки хорошие люди живут в общине в трущобах. Такое даже представить невозможно в том месте и обществе в котором я вынужденно оказался сейчас, все растащили в первый же день, стоило бы мне пропасть. Я заботливо перебирал все инструменты, выкладывая их на стол и вспоминая добрым словом старейшину и Николаса. Все баночки с лекарствами и мазями были нетронуты, хотя я уверен, что в трущобах многим они были очень нужны. Но никто не тронул чужие вещи, они оставили все как есть, в надежде, что я в порядке и скоро появлюсь.

Сделав зарубку на память что нужно будет сходить в трущобы прикупив им что-нибудь вкусного, поблагодарить старейшину и Ника. Я разложил на стол и снова перебрал инструменты, которые со стороны для человека никогда не сталкивавшегося с ними до этого, выглядели как набор для пыток. В первую очередь протерев себя влажной тряпкой я обработал свои прижжённые наспех раны мазью, аккуратно втерев ее. И придирчиво оглядев себя в зеркало, большой и глубокий порез тянулся наискось через всю грудную клетку, и даже на вид был ужасным, точно останется большой и уродливый шрам на память о той схватке во мраке складского помещения. Просто чудо, что я не остался среди кучи трупов лежащих там. Ему не хватило буквально дюйма, чтобы отправить меня на ту сторону, еще чуть-чуть и он точно бы разрубил мне все ребра.