— Доволен?
— Нет. Ты от меня отстранилась.
— Тебе показалось.
— Мне не показалось.
Я оглянулась. Гости продолжали рассаживаться за столами. Несколько человек находились достаточно близко, поэтому говорить приходилось тихо и улыбаться так, словно мы обсуждали музыку.
— Я, кажется, ничего у тебя не спрашивала, — произнесла я. — Ты так смотришь на меня. Хочешь чем-то поделиться?
Никита несколько секунд смотрел на меня, словно решал следует ли отвечать.
— Она была до твоего возвращения.
Вот и объяснение, которого я не просила. Внутри неприятно дёрнулось, но я лишь слегка приподняла бровь.
— Поздравляю.
— Я закончил с ней в тот день, когда узнал, что ты вернулась в Москву.
На этот раз боль оказалась резче. Значит, до самого моего возвращения Ксения всё ещё была частью его жизни. У их отношений существовало продолжение, которое Никита оборвал только после моего появления. Я не позволила ни одной из этих мыслей отразиться на лице.
— Я польщена. Аннулировал абонемент в свою постель одной и почти сразу выдал другой? Правда, Ксения почему-то не поняла, что её абонемент закрыт. Решила, что ты его просто временно заморозил.
Взгляд Никиты потяжелел.
— Я больше с ней не виделся.
— Никита, я тебя об этом спрашивала?
— Нет.
— Тогда зачем ты оправдываешься?
— Чтобы ты не придумывала того, чего не было.
Я тихо рассмеялась, хотя смешного не находила ничего.
— Мне даже придумывать не приходится. Ксения сама подошла, поцеловала тебя и рассказала о вашем совместном отпуске. Очень познавательное знакомство.
— Это ничего не значило.
— Девять дней на Мальдивах?
— Откуда ты взяла девять?
Я резко повернулась к нему. Никита понял, что проговорился, ещё до того, как на моих губах появилась улыбка.
— Угадала. Надо же, какая у меня точная интуиция.
На несколько секунд между нами повисло молчание. Музыка, голоса и звон бокалов будто отдалились. Никита медленно сжал челюсть.
— Катя.
— Всё в порядке. Правда. Ты был свободным мужчиной, я жила в Америке. Мог возить кого угодно куда угодно.
— Но?
— Никаких «но».
Я снова попыталась отойти, но его рука на талии только крепче притянула меня обратно.
— Прекрати меня удерживать.
— Перестань от меня отходить.
— Здесь люди.
— Именно поэтому веди себя спокойно.
От возмущения я вскинула на него глаза.
— То есть вести себя должна я?
— Да.
Он ответил без колебаний, чем разозлил меня окончательно.
— Потрясающе. Тебя целует бывшая любовница, а вести себя должна я.
— Несколько минут назад тебя целовал Родин.
— Он не оставил на моём лице помаду.
Взгляд Никиты опустился к моему большому пальцу, которым я несколько минут назад стёрла с его щеки чужой след.