Алиса уже вытащила из следующего пакета коробку с кубиками.
— Бах!
— Не открывай всё сразу, — сказала я, подходя ближе.
Никита медленно поднял на меня холодный взгляд.
— Почему?
— Потому что ей не нужно двадцать новых игрушек одновременно.
— Я сам решу, сколько игрушек дарить моей дочери.
Я коротко усмехнулась. Вот. Началось.
— Правда?
Он выпрямился.
— Да.
— Вчера утром ты даже не знал, что у тебя есть дочь.
В его взгляде мгновенно вспыхнуло что-то опасное.
— Не советую тебе снова начинать, Катя.
— А я не советую тебе входить в мой дом и с первой минуты вести себя так, будто ты здесь главный родитель и всё решаешь.
— Главный?
Он медленно приблизился ко мне.
— Ты серьёзно сейчас хочешь обсудить, кто из нас присвоил себе право быть главным?
— Я её мать, если ты не забыл. И я ничего не присваивала.
— Как же тут забудешь. — Он коротко усмехнулся. — Не присваивала? Тогда как ты называешь два года лжи?
— Я тебе не лгала два года, Азаматов. Меня больше двух лет даже не было в твоей жизни.
— Вместе с моим ребёнком.
— С ребёнком, которого ты не хотел!
Его лицо застыло. Я поняла, что попала. И не остановилась.
— Не надо сейчас делать вид, будто ты всю жизнь мечтал стать отцом. Я прекрасно помню каждое твоё слово.
— А я прекрасно помню, что ты мне не сказала.
— Потому что ты уже всё сказал за себя.
Он резко выдохнул и провёл рукой по лицу, словно пытаясь удержать себя в руках.
— Ты не имела права решать, как я отреагирую. Речь никогда не шла о конкретном ребёнке. Я даже не знал, что ты беременна!
— А ты не имел права сначала объяснять мне, что дети тебе не нужны, а теперь приходить и требовать, чтобы я поверила в твоё внезапно проснувшееся отцовство.
Мы стояли друг напротив друга. Между нами — Алиса, которая уже потеряла интерес к нам и пыталась открыть коробку зубами. Я первой заметила это.
— Алиса, нет.
Она подняла голову. Я забрала коробку.
— Мама откроет.
— Сама.
— Хорошо. Вместе.
Я опустилась рядом с ней, не поднимая глаз. Если посмотрю на него сейчас — сорвусь. Я молча разорвала упаковку и протянула Алисе крышку. Никита продолжал смотреть. Я чувствовала это, даже не оборачиваясь. Она сразу занялась игрушкой. Несколько секунд в квартире стояла тишина. Алиса увлечённо рассматривала игрушки, что-то тихо бормоча себе под нос.
Никита молча отошёл к окну. Я знала, что он смотрит на меня, но упрямо продолжала делать вид, что занята с Алисой. Спустя какое-то время он снова заговорил. Тем самым голосом, которым обычно отдавал распоряжения в офисе. Спокойно. Безапелляционно.
— В свидетельстве о рождении стоит прочерк.