Злость снова подступило к самому горлу. В моём мире люди либо договаривались со мной, либо выполняли то, что было нужно. Только Аверина раз за разом выбирала третий вариант — спорить со мной. Иногда я сам не понимал, это смелость или полное отсутствие инстинкта самосохранения. Я посмотрел ей прямо в глаза.
— Закончила? Тогда послушай меня. Я уже пришёл сегодня. Если будет необходимо приду и завтра. И я бы обязательно предупредил, если бы ты хотя бы раз взяла трубку.
Она чуть нахмурилась.
— Ты звонил?
Я молчал несколько секунд, изучая её лицо. Слишком невинное выражение, слишком хорошо сыгранное удивление. Чистой воды враньё.
— Не придуривайся, Аверина. Ты прекрасно знаешь, что я звонил тебе и не один раз.
— Телефон, наверное, на беззвучном. Такое бывает, Никита.
— Конечно. — Я усмехнулся — Несколько раз подряд?
Она пожала плечом, насколько позволяла спящая Алиса.
— Я была занята.
— В социальных сетях телефон, видимо, сам за тебя сидел.
Теперь раздражение мелькнуло уже открыто. Я достал телефон, открыл её профиль и посмотрел на экран.
— Была час назад.
Катя бросила короткий взгляд на дисплей, после чего медленно подняла глаза на меня.
— Азаматов, ты серьёзно проверял мой статус и следишь за мной в соцсетях?
— Я серьёзно пытался связаться с тобой.
— А я серьёзно не хотела с тобой разговаривать.
Она сказала это спокойно, без вызова. И именно поэтому слова задели сильнее. После моего прошлого визита она имела на это право. Признать это вслух я, разумеется, не собирался.
— Могла просто ответить и сказать об этом. Игнорировать меня — плохая тактика. Со мной она не работает.
— Я решила, что молчание достаточно красноречиво.
Она произнесла это спокойно, даже не пытаясь смягчить слова. Будто моё присутствие действительно было для неё чем-то, от чего можно избавиться, просто выключив звук на телефоне. Челюсть невольно сжалась.
— Красноречиво, — согласился я. — Только бесполезно. Как видишь, я всё равно приехал.
Алиса тихо завозилась у неё на руках. Катя сразу замолчала, осторожно покачала дочь и провела ладонью по её спине. Всё раздражение на лице мгновенно сменилось сосредоточенной нежностью. Я снова посмотрел на ребёнка.
— Почему ты без коляски?
Катя опустила глаза на Алису.
— Потому что она очень упрямая и сегодня категорически отказалась в ней сидеть.
— И ты всё это время несла её на руках?
Она посмотрела на меня так, будто вопрос показался странным.
— Да. Мы гуляли тут недалеко.
До подъезда оставалось не больше десяти метров, но я видел, как она снова немного перехватила Алису. Пальцы едва заметно дрогнули от напряжения. Я подошёл ближе.