— Что тут у вас? — притормозив, спросил я. — Барон Вольнов, доброе утро.

— Да какое там доброе, барон. — вяло отмахнулся хмурый крепкий санитар. — Обычное утро. Обычная оргия каких-то младших детей каких-то столичных родов. Вы не местный?

— Нет, увы.

— Ха, «увы»! Если б не моя, я бы сам предпочёл быть не местным. Тут каждое утро не знаешь — что этакого ночью учудили очередные шизики.

Санитар явно распалялся, но его уже звали работать. Помогать лекарю с откачкой какой-то девушки с неестественно огромной грудью. На словах «зырь, во сиськи себе наколдовала», наш автомобиль покинул это чудесное место.

— Недолго осталось. — как-то погрустнев произнесла Мария. — Немногие могут позволить себе купить здесь землю. Так что Выходное Кольцо довольно узкое.

«Выходным» его, как выяснилось, называют именно потому, что здесь предпочитают проводить свободные деньки представители элиты, когда устают от жизни большого города.

То, что уставать тут есть от чего, я понял сразу, как мы пересекли городскую черту.

— Какие громадные домищи! — словно ребёнок ахнула Оля. — Нет, я видела такие и в других городах… Но столько сразу!

Широкий проспект, по которому мы ехали, здесь возвышался над землёй на добрый десяток метров. Тянулся на мощных колоннах. А по сторонам, в небольшом отдалении, высились тёмные, а нередко и вовсе чёрные, громадины. Исполинские жилые блоки, в каждом из которых размещались тысячи людей.

Кое-где среди этих гигантов, заслоняющих свет, стояли и старообразные домишки… Но один из таких прямо на наших глазах сносили двое практиков.

— О, как всегда кто-то попадает под «Обновление» без спросу. — хмыкнула Мария.

— Обновление?

— Ага. Политика по замене «морально устаревшего» жилья новым без спроса жильцов. Если речь идёт не о дворянах, разумеется.

— Но дворяне, надо полагать, здесь и не живут? — спросил я, уже зная правильный ответ.

— Конечно нет. — усмехнулась Мария. — О, полиция стоит.

На микроскопической дворовой площадке, зажатой между титаническими тридцатипятиэтажными жилыми блоками, действительно стояла группа людей в чёрной полувоенной униформе. Они окружили буро-ало-чёрное пятно на асфальте. Одни оцепляли его лентами, другие аккуратно оттаскивали чёрный мешок.

— Ну это как-то совсем уж картинно! — наигранно улыбнулась Оля. — Мы что, в кино про бандитский Петербург?..

— Не-а, мы в настоящем бандитском Петербурге. — ответила Мария. — Население — восемь миллионов. Из них пять миллионов не имеют жилья и проживают в «Блочном Кольце». Вот здесь. Ещё два миллиона и восемьсот тысяч жильё имеют, это старожилы города и их потомки. Они проживают в «Мещанском Кольце».