Осторожничают, умалчивают о чём-то… Словно считают её недостойной. А может опасаются чего-то?..

Но ведь и мать не понимает её, а отец вечно занят своими картинами.

Тимофей — тот жалеет и только… Баба Оня скрывается, избегает…

Никому до неё нет дела! Никому она не нужна!..

До того невмоготу сделалось Анне от этих мыслей, что сорвала она лунницу и зашвырнула подальше в реку.

Бесшумно скрылся оберег под водой.

И замерло на миг сердце, сжалось в тревожном предчувствии.

В том месте, где затонула лунница, поднялась голова — тёмная да гладкая, как у змеи. Скрывшись, вынырнула поближе. И выдвинулось в полный рост из рекинечто вроде цапли. Худое да узкое, ряской залепленное, постояло да пошло к берегу, высоко вскидывая длинные ноги.

А по земле брели к Анне другие существа — бледные и расплывчатые, почти бестелесные девы.

Вскочила Анна и сразу оказалась среди них, в самом центре нечистого хоровода. Взявшись за руки, двинулись водяницы по кругу, на протяжной унылой ноте завели монотонное пение, без слов, без смыслов. Голенастое нечто застыло неподалёку. В когтистой лапе сжимало оно лохматый венок из спутанных водорослей.

Поворачиваясь за водяницами, принялась Анна креститься. После осенила знамением нечисть. Но не испугались существа, продолжили кружение. И пели, пели!..

Тимофеева дара — обережного мешочка, что охранил отхомутницы — больше у Анны не было.

Лунницу она утопила. Да и неизвестно ещё, помогла бы та или нет.

— Кто-нибудь, сюда! — позвала Анна, и закричала громче, что есть силы. — Сюда! Спасите! Тону!

— Что ж такое деетси! Ах вы, чертовки водянистые! А ну, пошли отседова! Кыш-ш-ш! Кыш-ш-ш, мокрота! — откликнулся знакомый голос.

Дворовый выпрыгнул из темноты, заметался по берегу, размахивая лапами.

— Кыш! Кыш, мокрота донная! Прочь, мокрухи недожаренные!

Водяные существа продолжали свой кружение, никак не реагируя на нападки кота.

Тогда тот кинулся к реке, застучал лапами по воде, заорал:

— Кум! Кум-водяник! Укроти хоровод, уйми мокроту!

Но не откликнулся водяной. Не всплыл из воды посмотреть, что случилось.

Вместо него вывалилась на берег ещё одна жуткая тварь.

Перемазанная тиной, некоторое время сидела отдуваясь. Глянцевые, бугристые от бородавок бока ходили ходуном. С раздутого лица следили за Анной мутные шарики белёсых глаз, лягушачий широкий рот кривился гримасой.

Неожиданно ловким прыжком перенеслась тварь в круг, цепко ухватила перепончатой лапой волосы Анны. И не было никакой возможности вывернуться, высвободиться из крепкого захвата!

Распался страшный хоровод, подступило голенастое существо, нацелилось на голову Анны венком…