— Мой прадедушка Дмитрий Иванович Садовников после отбытия тюремного наказания вернулся домой к жене и дочери Елизавете, в замужестве Бельской. Ее сын, Иван, мой отец. В юношестве он много общался с дедом, который рассказывал ему о Мировом Древе, о наших словах и делах, которые влияют на его развитие. Он говорил о том, что жизнь человека — это не просто жизнь, а жизни всех его потомков. Постепенно он привил ему идею Садовников, можно сказать посеял в чистую светлую душу, не замутненную еще ничем.

— С идеей то все понятно. Философия то ясна и в чем-то стара как мир. Но как вы вычисляли гнилые ветви, которые требовалось отсечь? — спросил я.

— У нас был особый дар. Он был у моего деда, у моего отца и у меня. Мы могли посмотреть на человека и увидеть его будущее, его потомков, их следы на Мировом Древе. Мы видели, как гнилые ветви, так и здоровые. Если ветвь здоровая, то человек для нас оставался просто человеком. И когда мы видели такую гниль, то уже не могли остановиться, пока пораженная ветка не будет отсечена, — Бельский рассказывал об этом спокойно, без свойственного всем сумасшедшим фанатизма.

— Ты сам то себя слышишь? Какие ветки, какая гниль? Ты просто убийца, который свою страсть убивать облачил в философские одежды, — сказал я.

— Тебе не понять, потому что у тебя нет миссии Садовника. Это исключительный дар. Кстати, тот мальчишка студент Вольнов, убивший девушку, таким даром не обладал. Он наслушался речей моего деда и очень хотел, чтобы у него был этот дар. Хотел испытать себя. А в результате разрушил дело моего деда. И тогда он понял, что не может быть никакого Общества Садовников. Садовники — это миссия одиночек. В каждой стране у каждого народа должны быть такие Садовники. Иначе человечество обречено на гибель. Когда мой дед освободился, то он разорвал все контакты с бывшими друзьями и сомышленниками и сосредоточился на личной жизни. Он верил, что его дар перейдет по наследству. Но его дочь никаким даром не обладала. Какое же было у него счастье, когда он узнал, что его внук, мой отец, похож на него. Потом в свое время отец передал эту миссию мне.

— И что же такого гнилого было в тех женщинах, которых ты убил? Они же были ни в чем не виноваты.

— Они не было виноваты. Это были обыкновенные женщины. У них даже грехов никаких не было. Честные, порядочные, добрые. Я долго за ними наблюдал, прежде чем начать действовать. Но я видел, что их потомки будут другими. Они принесут много горя и крови нашей планете. Я не мог оставаться в стороне.

— И что же за горе они бы принесли? — с насмешкой в голосе спросил я.