— А я не покупать. Бутылка на хранении с обеда.
Она рассмеялась.
— Так бы сразу и сказал.
Вытащила из-под прилавка пакет и с ухмылкой отдала. Сдачу она не вернула, посчитав законной добычей. Андрей не стал спорить.
Дом встретил его тёмными окнами и тишиной. Никто не ждал Андрея. Некому сейчас и, видимо, потом. Кто согласится жить с выродком-психотом? Он сел на крыльце, вытащил из пакета бутылку и открутил пробку. В нос ударило мерзким сивушным духом.
— С возвращением в реальность, — поднял Андрей тост, отсалютовал чёрному небу без единой звезды. И приложился к горлышку, усилием воли заставляя глотать отвратительное пойло.
“Ты зря рвёшься на волю”, — звучал в голове голос Захарова, — “Ты, уж прости, или сопьёшься или сорвёшься с привязи. Хочешь жить — найди ради чего. Идею, мечту, что угодно”.
Увы. Мечта о свободе осуществилась, а на замену ничего не нашлось. Мучительно захотелось обратно в ЛИМБ.
— Врёте.
Он погрозил небу кулаком.
— Я найду, всё равно найду.
Что именно, Андрей не мог сформулировать.
— Врёте!
Недопитая бутылка полетела в темноту. Ему было противно и тошно от самого себя и одиночества. Даже напиться не вышло, как следует. За спиной маячил второй из предложенных Ильёй вариантов.
“Искушение собой” часть 4. Два года назад
Их уже было тридцать шесть. Разные: на вкус ощущений, цвет пси-массы и яркость. Каждый вечер и всю ночь они встречались в эфире. Призраками парили над городом между “Великим базаром” и “Ирием”, перекидываясь образами, мыслями и удивительными фантазиями. Но внешность незримых собеседников оставалась для всех загадкой.
“Нам надо встретиться”, — бросает в эфир Илья, похожий на колонну изумрудного света, — “не думаю, что ваши лица такая уж тайна”.
“Поддерживаю”, — перекидывает в ответ шаровую молнию мурчания Андрей.
Загадочная “Тетта” прикидывается облачком и уходит от ответа.
“Лучше в неформальной обстановке”, — грозовой тучей ворчит Хмык.
“Шашлыки!” — бьет в ладоши размером с весь мир Белладонна.
“В субботу”, — неожиданно шепчет дождем “Тетта”.
“Лучше всего в лесу, на урочище. Я знаю там отличное место”, — Илья встает над разговором, беря на себя роль лидера. Последнее время он делает так всё чаще. — “Возьму мясо и замариную. Кому что?”
“Мне куриный!” — Белладонна любит поесть и не стесняется об этом говорить.
“Баранина”, — холодно сообщает Гектор.
Поднимается гвалт обсуждения меню. В эфире наперебой летят вкусовые образы, сочные, шкварчащие. Илья изображает мудреца с длинным свитком и гусиным пером. Андрей чувствует, что безумно проголодался. Коротко прощается и вываливается из эфира в реальность.