— Вереск! На помощь!
Ослепший Илья звал свою последнюю надежду. Андрей дёрнулся бежать к нему и тут же остановился. Они всё ближе! Внутри схватились чёрный, как ночь в январе, страх и желание помочь другу. Ну же! Он может успеть! Подхватить, подставить плечо, нырнуть в боковой проход…
Андрей побежал. Назад, к лифтам. Прочь из ужасного места. Страх огненными пальцами сдавил горло и подгонял, как ошпаренного. Сердце колотилось, сбиваясь с ритма. Ужас роем пчел поселился в голове. Бежать! Он смешался с толпой, в панике покидающей аэропорт.
У самого выхода, когда оставалось три шага до свободы, он услышал выстрелы. Позади вспыхнул и погас навек столб света. Тот, что был Ильей. Прости, психот!
“Блудный пасынок” часть 7. Сейчас
— Слышь, Выродок, зайди к начальству.
Андрей не обиделся, просто кивнул в ответ и поставил ящик на грузовую тележку. Пренебрежительный тон других грузчиков и прозвище “Выродок” перестали находить отклик в сердце через неделю. Что толку злиться, если ничего не изменишь? Андреем овладело тупое безразличие. Он отрабатывал смену, ехал домой, что-то ел, не чувствуя вкуса, спал, вечерами напивался. Путь вниз оказался простым и безболезненным. Он даже не думал о побеге — стальная машина принуждения раскатала волю в лепёшку.
Погрузив оставшиеся ящики, Андрей вытер ладони о комбинезон и пошёл к директору.
— Вызывали?
— А, это ты. Заходи. Вот, держи, небось заждался.
Толстяк-начальник сунул ему конверт. Андрей, сдерживая дрожание пальцев, пересчитал купюры.
— Тут меньше. Я же два раза выходил вне графика. Когда Павлов и Чёрный болели.
— А, ну да. Ну да. Напомни в конце месяца. Сейчас извини, переработки не с чего платить.
Он еле сдержался. Хотелось заехать кулаком в эту жирную харю, повалить на пол и пинать, пинать, пинать. Знает, сволочь, что жаловаться на него некому, а уволиться психот не может. Вот и пользуется, скотина.
Пересилив себя, Андрей кивнул и вышел из пропахшего табаком и потом кабинета. Вернулся на склад, передал смену мрачному дядьке Семёну и юркнул в подсобку. Переоделся, спрятал рабочий комбинезон в шкафчик, допил остывший чай из термоса и побрёл домой.
На воротах базы его перехватил Чёрный — пропитый мужичок лет сорока.
— Здорово, Выродок, — сказано было без насмешки или злобы. Ну такое у человека прозвище, что поделаешь, других и хуже зовут, — Чё, кинули тебя за ту смену?
Андрей только пожал плечами. Что обсуждать, если ничего не изменишь.
— Да ты не злись. Он так со всеми, не только с психическими. Ему ваще, что человек, что мебель. Забей и не соглашайся в следующий раз без аванса, или опять кинет. Ну, давай, удачи.