Крики на улице то затихали, то опять вспухали нарывом. Андрей откинулся на спинку, закрыл глаза. Господи, как он устал! Пусть приходят быстрее и закончим всю эту бессмыслицу. Шум убаюкал его. Сам не заметив как, Андрей задремал
Кто-то стучал в дверь на первом этаже. Андрей открыл глаза. За окном горел далёким пожаром вечер. Пистолет выпал из пальцев, и он поднял его. Погладил рукоятку. Сила была ещё тут, жестокая, неумолимая, отдающая холодком и зудом. Подожди, милая, сейчас.
Внизу хлопнула дверь. Заскрипели ступеньки. Андрей направил пистолет в сторону входа. Сомнений не осталось. Пришло время оплатить счета.
Кто-то снаружи взялся за ручку. Толкнул дверь.
Андрей поднял руку. Выдохнул. Содрогнулся от щемящего чувства необратимости. С усилием надавил на спусковой крючок.
Человек за дверью вскрикнул тонким голосом. И ввалился в комнату, не в силах держаться на ногах.
— Андрюшка…
Это была Хельга. Она хотела ещё раз попробовать помириться. Но выбрала самый неудачный из дней. Андрей, ошарашенный, сбитый с толку, перепуганный, бросился к ней. Но было поздно.
Её била мелкая дрожь. Взгляд остекленел. По щеке, из уголка рта, текла ниточка слюны.
— Хельга! Хельга!
Андрей держал её голову на коленях. Гладил волосы. Пытался заглянуть в глаза, не в силах отыграть сделанное, хоть как-то помочь…
— Будь вы прокляты! Слышите? Ненавижу!
На его крики никто не ответил.
— Прости меня, прости, пожалуйста. Хельга…
Она умерла через час, не приходя в сознание. Андрей положил её на диване. Накрыл своей курткой, с которой коряво ухмылялся значок с буквой “пси”. Да, кивнул Андрей в ответ, ты прав. Психоты убивают. Даже бывшие. Вы были правы, когда поставили мне чёрную метку. Но я не выбирал себе такую судьбу.
Дверь на первом этаже снова хлопнула.
— Эй, хозяин! — в голосе участкового слышались победные нотки, — Я знаю, что ты дома. Спускайся, разговор есть.
Андрей оскалился. Сунул пистолетик в карман и пошёл на первый этаж.
“Искушение собой” часть 7. Полтора года назад
Аэропорт выплюнул толпу, как надоевшую жвачку. Пробираясь между людьми, расталкивая их локтями, Андрей старался не думать. Усилием воли отогнал мысли о собственном предательстве. Он не виноват! Да, честное слово! У него не было выбора. Группы захвата появились бы с минуты на минуту, времени спасать Илью просто не оставалось! Но отговорки помогали мало. Глубоко внутри он знал — виновен. И оправдаться не сможет никогда.
— Занят! — рявкнул таксист, к которому Андрей сел в машину без спроса.
Тонкая плеть пси-массы метнулась к голове водителя. Не грубо, как во времена заворота, теперь он умел делать всё очень тонко. Щупальце провернуло невидимые шестерни, обманула сознание и внушила нужную мысль.