— Андрей…
Девушка пошатнулась. Схватилась рукой за машину, не удержалась и упала на землю.
— Алиса!
В три прыжка он оказался подле неё. Подхватил на руки, обнял.
Психика Чертовки расползалась. Лишённая стержня ненависти, опадала сама в себя. Как рушится башня, из которой вынули ключ-камень.
— Девочка, нет, подожди. Сейчас помогу. Чуть-чуть потерпи, маленькая…
Она улыбнулась. Слабой детской улыбкой.
— Мне не больно. Всё.
Андрей баюкал её как ребёнка. Что-то шептал, пытался помочь, отдать пси-массу, вытащить из пропасти. Бесполезно. Алиса впала в каталепсию. Не двигаясь, не реагируя ни на слова, ни на зов через эфир. На побелевшем лице застыло выражение покоя. Он долго сидел, держа её как хрустальную куклу. Пока снег на её губах не перестал таять.
Тело Чертовки Андрей положил в микроавтобус. Казалось, Алиса заснула, ожидая поцелуя принца. Но сказка кончилась уже давно, и хорошего финала не будет. С переднего сиденья Андрей взял жёлтую куртку Салмона и укрыл мёртвую царевну с головой.
Приближался вой полицейских сирен. Хлопья снега обернулись пургой. Психот-ренегат накинул капюшон и, не оборачиваясь, ушёл в метель.
Конец второй части
Второй апокриф. Сейчас
Из стены метели выныривали машины, проносились мимо и снова исчезали в белоснежной пелене. Никто не останавливался, чтобы подобрать продрогшего человека. То ли не замечали, то ли считали его подозрительным. Андрей устал держать руку поднятой, замёрз и до коликов хотел есть. Но даже не думал принуждать водителей остановиться. Сама мысль о ментальном насилии вызывала приступы тошноты.
Очередной грузовик с грохотом растворился во мгле непогоды. Андрей опустил руку, развернулся и снова двинулся по обочине. Стоять он не мог, сердце требовало бежать прочь от бойни, которую учинил собственными руками. Это не были угрызения совести — верни его назад во времени, он поступил бы так же. Но трупы, оставленные позади, мучали. Терзали единственной мыслью: почему он не разобрался с Джакаликом раньше, когда понял, куда он ведёт группу? Сколько жизней можно было сохранить!
Красная фура прошуршала мимо и остановилась в метрах двадцати. Когда Андрей с ней поравнялся, дверь распахнулась. Выглянул бородатый дядька и призывно махнул рукой.
— Подвезти? Давай, залезай. Снег только сбей с ботинок, чтобы грязь не разводить.
Андрей нырнул в кабину. Расстегнул куртку, впуская тепло.
— Замёрз? Вон термос, налей себе.
Дальнобойщик оказался любителем поболтать. Андрей только поддакивал, радуясь такому повороту: бесконечный монолог отвлекал от тяжёлых мыслей, а незамысловатые байки давали повод улыбнуться.