— Это не…

Начал Илья, но Андрей его перебил.

— Взять власть? Как ты взял над ними? — он показал пальцем на одну из девушек, — Так, да?

— Что тебе не нравится? — Гектор с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла. — Они хотели красивой жизни, они её получили. А я получил отличных служанок. Разве ты сам не делал тоже самое с девицами на островах? А?

— Это другое!

— Да ну? Ты просто не распробовал блюдо до конца.

— И не собираюсь.

— Мальчик, что ты понимаешь? Путь психота это власть. Разве ты еще не понял? Власть над душами “глухих” это наше право и наша обязанность. Ты видел, что они творят? А? Насильники, убийцы, воры, извращенцы. А ты отлыниваешь, не хочешь сделать их лучше.

— Ты считаешь, лучше значит послушнее?

— Конечно! Стадо надо пасти железной рукой. Без жалости и соплей. Ты сопляк, не понимающий простых вещей. Куда ты лезешь меня учить? А? Заткни свой рот и не влезай в разговор серьезных мужчин.

Андрей встал.

— Не много на себя берешь? Не тебе решать, кому заткнуться.

— О, щенок показал зубы. Ну, давай, развлечемся.

Гектор без предупреждения ударил через эфир. Он был сама мощь, психот на пике возможностей. И бил с умением и пониманием. Сразу в двигательный центр мозга и область координации.

Андрей рухнул обратно на диван, как подрубленное дерево. Он был младше. Быть может, слабее лысого психота. Но в эфир он вышел первым и привык к очень долгим прогулкам в эфире без тела. Отбросив пораженный организм, он нырнул в звонкую сутолоку “Великого базара”.

Короткий бросок к “ангелу” с лицом Гектора. Подножка. Удар. Еще удар. Белое крыло ломается через колено. “Ангел” вопит, разрывая криком плоть эфира. Бьет в ответ.

Они сцепляются в визжащий комок. Кулаки, зубы, когти, жвалы — так выглядит в эфире оружие психотов. Всё это пошло в ход. Схватка не на жизнь, а насмерть.

— Хватит!

На них обрушиваются затрещины и шлепки. Сильные руки хватают психотов за шкирки, растаскивают, как детей.

— Прекратить!

Голос Ильи, усиленный тысячекратно, бьет набатом. Еще несколько ментальных подзатыльников, и драчуны выпадают из эфира, бегут в реальность, как нашкодившие котята.

— Пусти! Я ему сейчас выдам!

— Умолкни, Вереск. И ты тоже, Гектор. Или я раскатаю вас обоих. Идиоты. Не нашли ничего лучше?

— Остынь, Илья. Ты у меня в гостях, так что не надо угрожать.

Гектор, бледный, с красными глазами, обессилено растекся по креслу. Его рабыни встали между ним и психотами, готовые броситься в драку по первому зову.

— И лучше уйдите. Больше разговоров не будет. Пусть твой наглый друг не смеет приближаться к моему дому, или я размажу его.