— Лейтенант, бейте по задним рядам кастильцев. Если я не вернусь – берите командование на себя.

— Куда тебя черт понес?! – де Савьер в горячке вновь перешел на «ты».

Отвечать некогда. На тренировках этот маневр неоднократно отработан, но с офицером в главной роли. Отчаянный прием для отчаянной ситуации. Поверят ли бойцы сержанту? Если нет – конец. Но и другого пути нет.

— СТАРКАД!!!

Состояние, в которое могут входить только чистокровные дворяне. Страшное состояние измененного сознания берсерка. Одинаково опасное и для своих, и для врагов. Разница только в том, что свои знают, куда бежать.

Вновь привычно замедлилось время, вновь жажда крови и боя затуманила разум, вновь крики боли и звуки разрубаемой плоти приносят счастье, выше которого нет ничего в этом мире! Мелкие человечки пытались сопротивляться – кому? бежать – куда? Жану вначале смешно, потом весело, вот оно, счастье! Их смерть и его слава! Есть! Есть упоение в бою! Упоение в бою… Где я это слышал… Не успеваю… Все?

— Если ты ему действительно благодарен – забудь об этом.

Глаза еще не открываются, но слух вернулся.

— Забыть, как он подарил нам жизнь? – знакомый голос. Шарль-Сезар что-то отстаивает с мальчишеской горячностью. Рядом де Савьер. Интересно, о чем они?

— Пока только еще один день. Хотя я давно заметил, что вся жизнь именно из них и состоит, из дней.

— Скажи, лейтенант, почему ты рванул за ним? Почему тащил на спине как мешок? Ты же маг. Я сам видел, как ты телегу по воздуху передвинул, почему его не смог?

— Не знаю. Пытался – не получилось. Пришлось по старинке, на горбу. Благо кастильцы бежали от него быстрее, чем я к нему.

— Сегодня еще будет штурм?

— Обязательно, — это уже Жан, пришедший в себя, но способный пока только говорить, — Лейтенант, мы с Вами наверх. Если у врага нет пушек, то сейчас в дело вступят Ваши коллеги. Помогите.

Едва сержант и де Савьер поднялись на стены, кастильские маги начали обстрел. Вновь летели огненные шары, вновь лейтенант уводил их вверх, только помощи от сержанта в этот раз не было. Вновь на двор крепости летели выбитые камни, вновь содрогались стены крепости от ударов, отбить которые не удалось. И, как и в прошлый день, галлийские артиллеристы поливали картечью дорогу, не давая кастильцам возможности выйти на позиции для штурма.

Два дня мы были в перестрелке… Мы ждали третий день.

В сумерки Жан остановил де Савьера.

— Я могу еще!

— Это приказ. Извините лейтенант, но я не буду ничего объяснять.

— Воля Ваша, барон.

— Я не барон, — не сказал, а скорее прорычал Жан.

— Я вспомнил Вас, господин де Безье. И не понимаю, почему Вас это злит, я ведь знаю, что обязан Вам жизнью.