Откладываю гитару в сторону, опрокидываю в себя рюмку коньяка, памятуя прекрасный совет Шамхалова — чтобы не мучиться похмельем, заканчивать выпивку коньяком.
— Прошу, джентльмены. Всё, как говорят у нас в России, «na mazi».
[1] Канкрин имеет в виду повесть «Зов предков», на русский язык её переведут ещё только в 1905 году под названием «Дикая сила».
[2] В данном случае, один из самых фешенебельных ресторанов Москвы до 1917 года, открытый знаменитым бельгийским поваром Люсьеном Оливье, которому Россия обязана одноименным салатом
[3] «Хижина пота» (англ.)
[4] («Для меня ты самая красивая…»
Глава 19
Перед главной частью заставляю честную компанию выпить ещё раз, декламируя:
— Давай, дружок, на посошок!
«Pososhok» джентльменам заходит. Особенно достаётся Джеку Лондону — великий автор приключенческих романов и будущий создатель «Мартина Идена» еле стоит на ногах, но полон решимости посмотреть, как тренируется русская армия.
— Я должен это увидеть! — говорит он и тут же икает.
Папа Шерлока Холмса, будучи мужчиной крупным и, вдобавок, ирландцем по крови, лучше справляется с действием алкоголя. Однако и его выдаёт чуть покачивающаяся, похожая на морскую, походка.
Офицеры — и британец и американец — держатся бодрячком, чувствуется старая школа военных училищ, хотя буквально пару минут назад их нехило так штормило. Хорна, вообще думал — будет не поднять. А стоило ему лишь узнать, что его ждут дела, моментально очухался и стал трезв как стёклышко.
Профессионал, твою растудыть!
А Черчилль и вовсе выглядит так, словно не пил.
Он доверительно берёт меня за руку.
— Господин Гордеев, простите за бестактность, но я хотел бы задать вам один личный вопрос…
— Конечно, — благосклонно киваю я.
— Вы так уверенно меня опознали…
— Так вы всё-таки сэр Уинстон Черчилль? — перебиваю я.
— Да, но нахожусь тут инкогнито, и, надеюсь, оно не будет раскрыто до конца поездки. Скажите, вы видели мой портрет в газете?
С сомнением оглядываю его. На более привычных мне фотографиях будущий премьер-министр выглядел совершенно иначе: одутловатый, я бы даже сказал — обрюзгший мужчина с выпирающим брюхом и толстыми щеками. Сейчас он не такой: от былой юношеской стати (я видел его изображение времён молодости, когда он служил в гусарском полку и был поджарым и стройным) осталось немного, но сэру Уинстону ещё удаётся сохранять талию и причёску. Волосы он носит слегка зализанными назад, открывая высокий аристократический лоб.
— Не видел.
— Тогда… — он берёт долгую, почти театральную паузу, прежде чем продолжить:
— быть может вам довелось поучаствовать в бурской войне?