Да, это была именно та дама, с которой мы сражались в голове юда.

— Уходи… — сказала она, не поднимая головы. — Прочь!

— Рух, ну что ты⁈ — и Полина упала перед ней на колени. — Не плачь!

— Я погибла, я проиграла… Энергия на нуле! Как тут не плакать?.. Очнулась от спячки и тут… Мамочки…

Она снова разрыдалась. Полина сидела и гладила бедняжку по голове.

— Девчонка так хотела нас напугать, — сказала Метта. — Что просто перегорела. Бывает.

— Слезами делу не поможешь, — сказал я, приближаясь. Шпилька сидела на моем плече, готовая в любую секунду ринуться в бой. — Вы, барышня, как и это мертвое существо, принадлежите мне.

Рух подняла лицо, ее черные-черные глаза блеснули. Внутри вращались два белых многогранника.

— Еще чего! Никто из людов не может владеть Рух!

— Увы, времена меняются. Скоро эту покореженную оболочку передадут ученам из ШИИРа, — сказал я. — А твой сердечник отдают в жадные руки Бездомного. Знаешь, кто это?

— Плевать! Стоит этим ручонкам только коснуться меня, я взорвусь!

И она истерически рассмеялась.

— Врет, — покачала головой Метта. — Она едва в сознании. Куда там взрываться…

Видок у нее и вправду такой, как будто Рух держали на воде и хлебе целый месяц. Какой бы мощной и опасной птица-юд не была вчера, но хранительница ее геометрики нынче не слабее котенка.

— Уходи, люд, пока сам не взорвался вместе со мной! Зачем я тебе?

— Возможно, для того чтобы избавить тебя от страданий? — сказал я, склонив голову набок.

— А может, для того чтобы спасти? — предположила моя спутница, вцепившись мне в плечо.

— Тебе, что ее жалко?

— Ну… Она выглядит такой… потерянной, — смутилась Метта. — Совсем как я еще совсем недавно… Да и ты…

Хранительница попыталась подняться, но она была настолько истощена, что ей удалось удержаться на ногах только при помощи Полины.

— Убить меня?.. Ну давай! Закончи дело!

И Рух расставила руки в стороны. Пискнув, Полина загородила ее собой.

— Нет, Илья! Рух хорошая, просто она попала не в те руки!

Я фыркнул:

— Она так-то вчера пыталась убить пассажиров и едва не прикончила меня.

Рух вскинула подбородок:

— Не отрицаю. Возможно, моя оболочка и пыталась. Я не контролирую птицу-юда. Я лишь батарейка, а не мозг.

— Это правда! — воскликнула Полина. — Хранители артефактов не контролируют юдов! Я же не решаю, куда ехать «Урагану». К тому же, Рух, ты же говорила, что пробудилась совсем недавно. А со времен Гигантомахии птица-юд спала в Резервации.

— Да? — заинтересовался я. — И тебя когда-то разбудили?

Полина вздохнула, ее глаза-многогранники заблестели.

— Угу… Давно. И это было ужасно больно.