Можно, конечно, ссылаться на дух времени, особенности эпохи — наговорить целую гору умных слов. Но это не более чем удобная теория. Истина же — в конкретном опыте: за все годы в двадцать первом веке я лишь дважды видел ту самую, вневременную красоту, где грация естественна, а женственность дышит одухотворённостью. И пусть говорят: «На вкус и цвет…». Это — заблуждение. Есть красота абсолютная, как закон природы. Её безошибочно узнает взгляд любого, даже отпетого уличного хулигана, который, забыв обо всём, молча и потрясённо проводит её глазами.

Идея лечебницы для женщин была моей, но я с самого начала решил поставить её под покровительство Екатерины. Уговаривать не пришлось — она ухватилась за проект с энтузиазмом, обогатив мои наброски множеством тонких дополнений. Я мудро отступил в сторону, доверившись её безупречному вкусу и интуиции. Но в одном был непреклонен: в цене. Все её предложения о демократичности я отвергал на корню.

Я создавал не просто санаторий, а закрытый клуб, обитель избранных. Всего семь номеров, каждый — образец уюта и роскоши, начиная с одежды в восточном стиле до обстановки. Изысканное лечебное меню, новейшие процедуры. Целебные молочно-травяные ванны, доставка редких жиров, дикоросов, маски из козьих сливок… Зоя лично подобрала персонал: выпускниц медицинских классов и знающую травницу. А её авторский курс, сплетающий воедино массажи и релаксацию, соляной грот, стал главной жемчужиной «Голубовки».

Первыми, кто переступил порог «Голубовки», стали особы высочайшего круга: её императорское высочество Мария Александровна, Катерина, Марго и великая княгиня Елена Павловна. Император великодушно оплатил неделю лечения для всех. Елена Николаевна, восхищённая до глубины души, настояла на полном курсе. Для её особого случая у меня были свои планы; я дал Зое подробные инструкции и чёткий круг тем, которые ей предстояло обсудить с нашей знатной гостьей.

Что касается хозяйственной части, то управительница санатория была назначена лишь после одобрения Зои. Фактически именно Зоя стала негласной хозяйкой лечебницы. Каждая служанка, каждый работник — от охранника до экономки — прошли личное собеседование. И отношение к делу у всех было под стать: попасть на службу в «Голубовку» с её неслыханным жалованьем и привилегиями считалось большой удачей, и каждый не просто дорожил, а лелеял своё место.

Открытие новой лечебницы моментально облетело весь светский Петербург и стало главной новостью сезона. Желающих попасть на лечение оказалось так много, что, несмотря на баснословную цену, образовалась очередь на месяц вперёд. Князю Борису Николаевичу Юсупову даже пришлось лично просить Екатерину, чтобы устроить в санаторий свою супругу.