— Сам? — переспросил он.

— Лично, — подтвердил Маранцано. — Ты возьмешь своих людей, оружие, и вы сделаете это. Вы убьете всех, кто будет на этой встрече. Всех до единого. У тебя есть сомнения?

— Нет, — покачал головой Бонанно. Соврал, откровенно говоря, но надеялся, что это звучало достаточно естественно.

Преданность и страх из-за того, что он увидел, боролись в нем. Все становилось все сложнее и сложнее.

— Дон, — сказал он. — А когда все закончится… Три из пяти Семей Нью-Йорка останутся без боссов.

— Четыре, — ответил Маранцано. — Профачи тоже умрет, только чуть позже.

— И что тогда будет с ними?

— Нью-Йорку не нужно пять Семей, — сказал дон. — Достаточно одной.

Бонанно посмотрел на него и подумал: четыре Семьи без боссов. И одна Маранцано. Он собирается подчинить их все, захватить весь Нью-Йорк. Огромный город будет под ним.

— Джо, — сказал Маранцано. — Ты слышишь меня?

Бонанно на секунду осекся. Похоже, что его мысли слишком явно отразились на его лице, вот босс и решил, что он потерял связь с реальностью. Джо тут же ответил:

— Слышу, дон.

— Тогда слушай дальше, — Маранцано достал бутылку из ящика стола и один бокал. Всего один — он не собирался угощать Бонанно. Налил, сделал глоток. — Сегодня же вечером собери своих людей. Самых лучших, кто умеет стрелять, и кому ты полностью доверяешь. Чем больше, тем лучше.

— Понял, — сказал Бонанно.

— Вам нужно будет сделать так, чтобы все поняли, что это сделал я. Это будет не просто казнь — это будет заявление.

— Я понял, дон, — повторил Джо.

— Место и время я сообщу тебе позже, когда они попытаются связаться со мной, — Маранцано сделал еще один аккуратный глоток и поставил бокал. — Как только все они соберутся, вместе со Скализе, ты нагрянешь туда и сделаешь дело. Будь на связи с пяти утра.

— Буду.

— Хорошо, — Маранцано посмотрел на него и спросил. — У тебя есть вопросы?

— Нет, дон.

— Тогда иди, — сказал дон, поднялся и двинулся к окну.

Бонанно встал и двинулся на выход. Он прошел по коридору, подошел к лифту.

Венец на голове человека, который разговаривал с черепом. Скорее всего не настоящим, просто бутафория, но для дона это был череп мертвого Валли. Это стояло перед глазами Джо, как фотография.

Маранцано убил его руками Лучано. А потом скорбел на его похоронах, делал вид, что потерял друга. Он принял это решение, а теперь слышит его голос.

Джо поймал себя на том, что пялится на кнопку лифта, но так и не нажал ее. Надавил большим пальцем, дождался, пока лифт поднимется, и поехал вниз. Вышел из холла, даже не попрощавшись с охранниками, пошел к своей машине.