— Куда? — спросил он, посмотрев на меня.

— Увидишь, — я улыбнулся. — Сюрприз. Но не волнуйся, с нашим делом это никак не связано. Просто хочу тебе кое-что показать. Зрелище, которое тебе должно понравиться.

Он помолчал секунду. Я видел, как он взвешивает — приехать в чужой город, который и был для него когда-то своим, а потом ездить без охраны было против всех правил осторожности. Но с другой стороны, он понимал, что это мой город, и если я захочу сделать с ним что-то плохое, то сделаю. Даже не так, уже сделал бы, только встретил бы его на вокзале не лично, а это сделали бы мои люди, которые пролили бы немало крови.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда мы поехали в отель, отдохнем немного. Дела успеются, я все равно сюда почти на неделю. Во сколько ты приедешь?

— Часам к четырем дня, — ответил я. — Время назначено на шесть.

— Хорошо, — снова кивнул Капоне.

Мы прошлись по перрону, разговаривая ни о чем — нельзя было обсуждать дела вот так вот сходу. Как семья и прочее, как в общих чертах обстоят дела, но без деталей. Потом я предложил им машину — вторую, которую привез сам специально для них, а перед этим взял напрокат. Кадиллак Капоне понравился, пусть он и счел его старомодным, но потом они сели и уехали.

А я поехал в социальный клуб — мне надо было решить еще много чего. Но первичная встреча вроде прошла неплохо. А мне нужен был Капоне, мне надо было склонить его на свою сторону. Его Семья — вторая по силе после Нью-Йоркских, и его слова должны были выслушать на собрании.

* * *

К четырем часам я уже приехал к отелю «Нью-Йоркер», который открылся в начале года. Насколько я знал, это был самый большой отель в мире, строили его на какие-то огромные деньги — то ли двадцать миллионов баксов, то ли еще больше. Там были рестораны, бальные залы и даже собственная электростанция. Еще я слышал, что к его строительству приложил руку и Маранцано, пусть мы пока и не захватили всю эту сферу.

Капоне ждал в коридоре, без охраны, он был пунктуален. Мы снова поздоровались и вышли на улицу. Я открыл дверь Капоне сам, что его явно удивило. Тем не менее он с удовольствием сел в мой Кадиллак, я уселся рядом.

Винни завел машину и поехал в сторону Бродвея.

— Давно в Нью-Йорке не был? — спросил я, пока Винни вливался в поток и постепенно набирал скорость.

— С двадцать шестого, — сказал Капоне. — Дела тут решились, надобность пропала. Да и я потерял связи. Зато в Чикаго все идет хорошо. Ну, относительно.

— Город изменился с тех пор.

— Города не меняются, — покачал головой Капоне. — Меняются люди в них.