— Это справедливо, — кивнул я.

— Но я тебе скажу еще кое-что, — сказал Капоне. — Насчет других Семей. Я немного поспрашивал, пока готовился к поездке. Знаю и то, что ты подходил к другим боссам с предложениями. Те боссы, которых я знаю, готовы поехать в Атлантик-сити. Они не знают, что скажет Маранцано, но готовы его выслушать.

— И поддержать? — решил уточнить я.

— Готовы посмотреть, — уточнил Капоне. — Это разные вещи. Многим не понравилось то, что творилось в Нью-Йорке еще четыре месяца назад. Перестрелки, покушения, настоящая неразбериха. Если Маранцано не будет слишком сильно давить и предложит порядок и стабильность, они согласятся. У нас достаточно внешних врагов, те же ирландцы, пусть в Нью-Йорке ты с ними и договорился, и они ставят для тебя бои. Но по всей стране не так. И они хотят спокойно работать.

— А если им не понравятся порядок и стабильность, которые он предложит? — спросил я.

— Это будет уже другой разговор, — сказал Капоне. — Но сейчас никто не понимает, что творится у него в голове. Ты это узнаешь только там.

Начался третий бой. Капоне, естественно, отвлекся, и я не стал ему мешать. А я думал, стоит ли говорить ему об идее. И решил, что стоит. Но надо было подождать.

Бой закончился быстро — ударом коленом в лицо в первом же раунде. Тот самый боец, у которого это стало уже коронкой. Он продемонстрировал это еще в первом своем бою в бальном зале, где мы собрали всего пятьсот человек. Капоне по-детски захлопал в ладоши, после чего повернулся ко мне.

— Я думал, что бои договорные, если честно, — сказал он. — Но теперь понимаю, что нет. Никто по доброй воле не станет такое терпеть.

— Бои не договорные, — сказал я. — Мы за этим следим. Но есть еще одна вещь, которую я хочу тебе сказать.

— Говори, — кивнул он.

— Маранцано — далеко не последний босс всех боссов, который захочет стать Цезарем.

— Я думал, ты из таких же, и метишь на его место, — заметил он.

— Нет, — я покачал головой. — Нам нужен другой способ решать дела. Чтобы все боссы собирались и решали все вместе.

— Комиссия, — кивнул он. Не спросил — сказал.

Я посмотрел на него. А он-то откуда знает?

— Торрио рассказал, — объяснил Капоне. — Ему сказал Костелло. Он думает, что это правильная идея, и я тоже так думаю. Вопрос в том, кто будет председателем.

— Это можно обсудить.

— Можно, — кивнул он. — Но пока есть Маранцано, и надо решить вопрос с ним.

— Хорошо, — я понял, что пора сдаться. — Давай просто посмотрим бои.

— Давай, — кивнул он. — Спасибо, что пригласил, это классное зрелище, Чарли.

Капоне на мою сторону не встанет — это плохо. Но то, что он согласен не мешать мне разбираться с Маранцано, и согласен с идеей Комиссии — это уже хорошо. Так что вечер прошел не зря. Хотя я рассчитывал совсем на иное.