Но здесь этот день был обычной пятницей.

Война, конец которой этот праздник означал, здесь еще и не началась. И я очень надеялся, что не начнется. Результат я знал, Гитлер проиграет и покончит с собой, сдохнет как собака. Но только вот я знал и цену этого результата.

Двадцать семь миллионов мертвых только с нашей стороны. Первые месяцы войны, котлы, окружения. Мясорубка в Сталинграде, блокадный Ленинград. Да и в Европе тоже несладко пришлось, в особенности евреям — эти лагеря смерти.

Все это было в книгах, которые я читал, в фильмах, которые смотрел. В нашем культурном коде. Эта война изменила облик мира.

Но сейчас для меня это было будущее, которое еще можно изменить.

Или нельзя. Я не знал точно. Пока что я делал какие-то локальные изменения. Рейну вроде спас, но кто знает, навсегда ли, или он все равно умрет позже. Не знаю, работает ли здесь все, как в книгах про попаданцев, и будущего больше нет, потому что в прошлое переместился человек из него. Или история все равно потечет своим чередом, вне зависимости от того, что я буду делать.

Но попробовать стоило однозначно.

Национальный преступный синдикат, который я построю — вот что могло изменить расклад. Смешно это, но когда у тебя нет возможности творить добро добром, приходится делать его через зло. Хотя, конечно, однозначного добра и зла нет, если не считать Гитлера. Он-то уж точно плохой человек.

Если все получится, если удастся объединить Организацию, то через несколько лет с нашими связями и влиянием у меня будет рычаг, которым я смогу влиять на очень разные вещи.

Наверное, я мог бы попытаться поменять историю прямо сейчас. У нас уже были связи в Европе, на Сицилии, и предоставив им достаточное количество денег, я смог бы заказать убийство Гитлера. Проблема в том, что это не поможет. Мне нужен был другой человек в руководстве Германии, свой человек, не фанатик, а прагматик. Который сможет вытащить страну из задницы, в которой она оказалась после Первой Мировой, но так, чтобы не развязать при этом Вторую.

Но для этого нужно поддержать нужного кандидата, он у меня даже был на примете — Грегор Штрассер, который сам сейчас один из идеологов НСДАП. Я более-менее знал его историю из прошлого и понимал, что это единственный противовес Гитлеру. Просто он в свое время проявил слабовольность, из-за чего и оказался убит. Если же я смогу поддержать его, если объясню, что Гитлер собирается убрать его, и объясню про последствия этого…

В общем, рано или поздно меня ждет поездка в Германию. И у меня осталось примерно два года до того, как австрийского художника назначат канцлером. Не так много, но до этого времени надо сделать кучу всего.