— Тебе двадцать один. Ты больше не ребёнок, Мауро. Пора начинать вести себя как мужчина. А не как ребёнок.
Я нажимаю на газ, мои пальцы сжимаются на руле, когда слова отца вызывают во мне ярость.
— Я не думаю, что поход в клуб с друзьями, чтобы выпустить пар, делает меня менее мужчиной.
Он вздыхает, щипля переносицу.
— Нет, но твоя фотография на первой странице каждой жёлтой газеты этим утром, где ты выглядишь так, будто только что вышел из двухнедельного запоя — делает. Ты хоть знал тех девушек, которые на тебе висели? Ты должен подавать пример своему младшему брату. Он смотрит на тебя. — Мой отец поворачивается на сиденье, чтобы заглянуть через подголовник. — Не так ли, Лео?
— А? — Лео чешет голову, выглядя погружённым в свои мысли.
Долион толкает его в руку.
— О, эм, да. Конечно. Определённо.
Я закатываю глаза. Лео так влюблён, что не заметил бы, если бы вокруг него наступил конец света.
— Вин — тот, кто ходит по клубам каждую ночь. Я не вижу, чтобы ты к нему придирался.
Он качает головой. — У твоего брата и так будет достаточно забот в один прекрасный день. Когда меня не станет, он будет главой семьи, принимая все важные решения, чтобы защитить тебя, твоих братьев, сестру и мать. Вот тогда его веселье закончится. Он имеет право на своё время сейчас.
— А я нет?
— Нет! — кричит он, застигая меня врасплох. Он смотрит прямо перед собой и произносит: — Ты разочаровал меня, Мауро.
Глубокая, тревожная боль распускается в моей груди, когда я подъезжаю к складу и ставлю внедорожник на парковку.
Он никогда не говорил мне этих слов.
Я всегда был его надёжным сыном.
Тот, на кого он может положиться.
Но я один раз пошёл с друзьями, как любой нормальный двадцатиоднолетний, и вот кем он меня видит?
Разочарованием?
Моё горло горит, когда я выплёвываю:— Да, что ж, я никогда не просил быть частью этой жизни, но ты втянул нас всех в неё, не заботясь о том, чего хотим мы. Что за отец так поступает?
Его глаза расширяются, губы приоткрываются.
— Мауро…
— Забудь. — Мои пальцы обхватывают дверную ручку. — Чем быстрее мы закончим здесь, тем быстрее я уберусь отсюда на хер. Подальше от тебя. — Я открываю дверь, делая паузу. — Я ненавижу всё в этой жизни, включая тебя. — Я выхожу в тёплый ночной воздух, с грохотом захлопывая за собой дверь.
Моя грудь слишком сжата. Моя голова слишком переполнена.
Лео и Долион тоже выходят, прислоняясь к машине. Лео смотрит в свой телефон с лёгкой улыбкой на лице, совершенно не подозревая о напряжении, кипящем вокруг него.
По крайней мере, Долион достаточно умён, чтобы держаться на расстоянии, отходя от машины.