— И ты настолько просто лишишь мою кровиночку, — Хаджар так крепко обнял Азрею, что та запищала и начала царапаться, — последней памяти о ее матери? О боги, вы свели меня с самым черствым и бездушным человеком.
— Это я-то черствый и бездушный? Ты только что оставил моих дочерей без приданого. Они умрут старыми девами!
Когда в шатер начали собираться остальные офицеры, они застали командира Неро и генерала Хаджара хохочущими и держащимися за животы. Это выглядело одновременно необычно, неправильно и очень… успокаивающе. Видеть двух самых сильных воинов армии во времена кризиса смеющимися внушало надежду и уверенность в собственных силах.
Когда эти люди смеялись, несмотря на приближение орды монстров, несмотря на бесконечный буран, войну и секту Черных Врат, то люди понимали, что у них еще имелись силы для борьбы. Еще не зачах порох в их пороховницах.
Ведь если генерал и командир могли смеяться в лицо смерти, то почему они не могли хотя бы попытаться сделать то же самое?
— Мой генерал, — взял слово Саймон, когда все офицеры расселись по своим местам и начался очередной военный совет.
К ним Хаджар уже привык даже больше, чем к тренировкам и медитациям. Он начинал чувствовать себя неуютно, если хотя бы один день проводил без подобных совещаний. Ему начинало казаться, что армия распущена, а сам он занимается бесплодными и ненужными делами. Вполне понятное ощущение, учитывая, что он руководил несколькими миллионами людей.
Саймон, выглядевший еще более лощеным, чем раньше, прокашлялся и продолжил:
— Мы расширили пещеры и начали ковку доспехов. Но его благородие Тур заявился к нам с требованием ковать что-то по его чертежам. Спешу заметить, что у нас и без того полная нехватка металла…
— Какая еще нехватка, хомяк ты домашний⁈ — Впервые за всю службу Хаджар видел, чтобы начальник инженеров вышел из себя. — Я лично видел горы слитков в ваших запасниках!
— И все эти горы нужны для доспехов!
— Ты будешь доспехами зверей закидывать, Саймон⁈ — не понижал голоса Тур. — Мне они нужны для заградительных барьеров, кольев, стен и «ежей».
— А когда мы переживем атаку, то сколько металла окажется загублено и непригодно для перековки? И сколько вообще времени займет перековка? К этому времени первый павильон нас разобьет десяток раз!
— Если ты мне их не отдашь, то можешь не беспокоиться о клинках сектантов — тебя прикончат клыки зверей.
— Много ты понимаешь в клыках, Тур! Да я…
Хаджар хлопнул по стулу, и в шатре тут же повисла тишина. Саймон и Тур, извинившись и поклонившись, сели обратно. Хаджар же поднялся, и все взгляды были устремлены на него.