Капитан Морган кивнул.
Это был молодой худощавый человек, который то и дело бросал на меня восхищённые взгляды. Так начинающий рокер смотрит на своего кумира.
Когда наши отряды проследовали по указанной тропинке, капитан Морган сперва держался на расстоянии и, казалось, пребывал в нерешительности, но затем собрался с духом, выбежал вперёд, снял свою капитанскую треуголку и сказал:
— Вы… Эм… Натаниэль…
— Тибериус Фердинанд. Он самый, — сказал я и посмотрел прямо на него.
— Я… Очень рад знакомству, — быстро проговорил капитан Морган. — Я читал про вас. В газетах. И статьях… И про вас, Золотая Фурия, и про бешеную Молнию Дэвида… Я, эм… очень вас уважаю.
— Спасибо, — ответил я сухо, чувствуя лёгкую неловкость. Капитан Морган замялся. Очевидно, что на этом его словарный запас умеренных вежливостей был исчерпан. Он было попытался обратиться к «Золотой Фурии», но Крисс бросила на него тот пренебрежительный взгляд, которым владеют только женщины, и после которого иные мужчина на всю жизнь становятся импотентами. Наконец, когда собственные матросы стали смущённо подзывать капитана Моргана назад, я невольно почувствовал жалость к этому парню и сказал ему:
— Пойдёмте, капитан. Говорить мы можем и по дороге.
Морган просиял и немедленно кивнул.
После этого наши отряды смешались, и уже вместе мы отправились в джунгли.
Та самая тропинка, о которой говорил гид, пролегала между высокими пальмами и так резко заворачивала направо, что камень, призванный служить указателем, казался совершенно рудиментарным.
Вскоре мы стали подниматься в гору. Вырезанные в скале ступеньки действительно оказались необычайно узкими. На каждой из них помещалось только два человека.
Я шёл вместе с Морганом. Прямо за нами следовала Крисс. Молодой капитан оказался необычайно разговорчивым человеком, стоило только его разговорить. Первое время он рассказывал про себя, про свою карьеру и о том, что именно Я вдохновил его сделаться пиратом. Последнее он поведал мне едва ли не шёпотом, как сокровенную тайну. Отчасти из вежливости, отчасти — по причине настоящего интереса я спросил, почему его вдохновил обыкновенный адмирал, а не, например, один из трёх золотых Королей.
Морган ответил, что, если я и дальше продолжу столь же стремительно подниматься по карьерной лестнице, золотая корона будет для меня вопросом нескольких лет. Ведь я, Натаниэль Тибериус Фердинанд и так побил в этом отношении все рекорды. Никогда ещё не было настолько молодого адмирала, и никогда ещё человек не превращался в адмирала из простого капитана за такой короткий срок. Не говоря уже о всех тех невероятных подвигах, которые я совершил за последние шесть лет, начиная с моего судьбоносного противостояния с семейством Монет, каждый из которых поднимал меня всё выше и выше на пиратский олимп.