Амелия зашипела от боли, но не остановилась. Её клинок описал короткую дугу и пронзил живот Молли.

Боль была странной и какой-то далёкой. Молли чувствовала, как холодный металл входит в тело, но не могла по-настоящему ощутить рану. Ледяная энергия, всё ещё сковывавшая мышцы, приглушала боль.

Амелия отступила на шаг, держась за плечо. Кровь просачивалась сквозь пальцы, но её лицо оставалось спокойным.

— Если ты до сих пор обижаешься на меня из-за той жемчужины, — сказала она негромко. — То ты глубоко заблуждаешься.

Здоровой рукой девушка достала из сумки одного из пойманных Сниперсов. Золотая рыбка трепыхалась в её пальцах, переливаясь мягким светом.

— Посмотри внимательно, — поднесла она рыбку ближе к лицу Молли. — Видишь здесь чёрные прожилки?

Звезда под полупрозрачной чешуей переливалась радужным светом, и на ней не было ни единого тёмного пятнышка.

— В настоящих Сниперсах нет никаких тёмных вкраплений, — продолжила Амелия. — Никогда не было.

Молли смотрела на рыбку, и в её голове с трудом складывались осколки понимания. Та жемчужина… если она была не из Сниперса…

— Тогда что… — голос Молли сорвался на хрип. — Что это было?

Амелия тяжело выдохнула, словно собираясь с силами.

— Если бы ты тогда не убежала, а осталась ненадолго, то увидела бы, какие муки я пережила, — сказала она тихо. — У меня изначально было не двадцать звёзд, Молли. Их было тридцать. И моя родословная Ледяного Феникса была куда сильнее, чем сейчас.

Молли молчала, не в силах отвести взгляда. Человек с двадцатью звёздами уже считался гением культивации, а тридцать звезд… Это был уровень абсолютного гения, одного на несколько поколений.

— После того как я поглотила ту жемчужину, из моего моря души словно вырвали половину. Половина звёзд исчезла вместе с частью силы моей родословной.

Молли лежала неподвижно, а привычный мир вокруг неё медленно рушился.

Амелия не украла подарок, а оттолкнула её, чтобы спасти. Приняла удар на себя, пожертвовав половиной своего таланта и будущего.

Все эти годы Молли кипела от ненависти, вынашивая планы мести и представляя день, когда сможет проучить бывшую подругу. Но сейчас же её губы дрожали, а в душе всё сжалось от боли.

Кровь продолжала сочиться из раны на животе, а тело Молли постепенно наливалось тяжестью. Сознание начинало ускользать, мир вокруг превращался в расплывчатую дымку.

Внезапно её окутало мягкое золотое сияние. Тепло разлилось по телу, залечивая рану и поднимая её к поверхности озера.

Перед тем как потерять сознание, Молли успела заметить Амелию. Та стояла среди камней, с окровавленным плечом и усталым взглядом.