Ариас не удивился, не поднял и не нахмурил брови, словно ждал именно этих слов.
— Если хочешь, забрать — забирай… — кротко проговорил он. — Сейчас… Помнишь, как это делать?
Он нетерпеливо стянул с себя рубашку, выбрасывая ее прямо в воду, потянул мои руки и положил себе на грудь.
— Сюда… А теперь… — Змей посмотрел на мои губы и наклонился поближе.
— Пей, сладкая милашка, — отчётливо прошептал он и прижался губами к губам.
Его поцелуй горячее огня и долгожданнее вдоха воздуха. Такой жаркий, такой нежный… Его дарят после очень долгой разлуки, после бесконечного ожидания и такой же бесконечной боли. Я ответила, мстительно вытягивая его жар, по каплям выпивая его Силу, потому что могла, потому что хотела наказать, потому что он посмел говорить «сладкая милашка» другой… Неважно с какими намерениями.
А Змей отдавал, не сопротивляясь, настойчиво предлагая ещё, ещё… Соль от слез сплелась сейчас с горечью и сладостью встречи. На этот раз пила я и ощущала, как его сердце колотится, а тело под моими руками стало мелко подрагивать.
Я — магический сосуд, который может как дать Силу, так и полностью лишить ее. Теперь Сила высшего Змея капля за каплей возвращалась в Сосуд. Не уверена, что не плакала снова, потому что на щеках была вода. Ариас дышал все чаще, слабея, но упрямо стискивал меня и прижимался ещё сильнее, впиваясь в губы.
Я могу быть жадной, могу быть злопамятной, беспощадной… Могу отомстить, забрать все, если позволить. И он все равно разрешал мне продолжать.
«Негодяй, обманщик, мерзавец, подлец, ядовитый гад… Какой же ты непреодолимо отчаянный… и любимый. Мой бесстрашный засранец… Хочу тебе верить, верю тебе… Верю».
Дойдя до точки невозврата, которую уже ощущала, я остановилась, перестав брать. Теперь я начала возвращать. Капля за каплей я отдавала то, что взяла, а затем добавила больше, позволяя Ариасу напиться из меня ещё раз.
«Возьми все… Я хочу сильного Змея».
Глава 31
Прижимаясь ухом к груди Ариаса, я краем глаза наблюдала, как в глади воды отражается небо.
Мы уже не тревожили озеро, и я видела, как рядом проплывают длинные рыбы, обманываясь нашей неподвижностью, почти без страха касаясь нас хвостами. Ровный ветер колыхал траву у берега.
Ариас заставил меня приподнять лицо.
— Дай умою, — кротко прозвучал его голос. Зачерпнув воду, Ариас сосредоточенно умыл мне лицо, мокрыми пальцами вытер от соли слез глаза, не забыл про уголки глаз, умыл щеки, сжал и вытер нос, который, конечно, был полон соплей после истерики. Не дал мне сделать это самой.
Не противясь, я смотрела на него, пытаясь соединить два создавшихся у меня образа Ариаса. Тот Ариас и этот. Этот почти идеален. Тот… Я вздохнула и шмыгнула носом.