Максимально бесшумно, чтобы не услышали даже Волки, могли передвигаться только Змеи. Ариас неслышно шагал по мощеным дорогам, оставаясь незаметным для редких встречных, а затем пробрался по старым наружным стенам постоялого двора, целеустремлённо продвигаясь к комнате, в которой спала Лиса.
Ночь была безлунная. Небольшое окно и на этот раз не стало преградой для гибкого Змея. Лиса крепко спала на узкой кровати, укрывшись одеялом. В непроницаемой кромешной темноте Ариас видел тепловой след её тела.
Он тихо шагнул к кровати и осторожно опустился прямо на пол. Из-под одеяла, в которое Лиса завернулась как в кокон, торчал только нос и кисть руки. Змей потянулся, прокрадываясь рукой к спящей и замер, коснувшись кончиками пальцев теплой женской ладони.
Осторожно опустил голову на край матраса, и застыл так, ощущая тепло, впитывая ее близость и запах. Только для этого и пришел. Понял, что, если не ощутит, не прикоснется к ней, может не хватить сил, чтобы справиться. Сосуд Ариасу уже не требовался, а вот Лиса была нужна.
Он говорил с ней мысленно, еле-еле двигая пальцами, буквально воздухом поглаживая крошечный пятачок кожи спящей Лисы.
«Твой высший змей адски устал, лисичка… Даже не до шуток. Представляешь такой вариант? Хотел бы тебе рассказать кое-что… Ты ведь не знаешь… Мы с тобой повстречали сегодня великого невидимого змея. С самого утра нас сопровождает сам Уроборос: бесконечная змея, которая схватила себя за хвост. Это предвестник перемен… Кусает Уроборос кончик хвоста и бесконечно истекает кровью. Да, вот так… Поэтому было бесконечно тяжело. Смотрел на нас великий змей весь день, щедро делился своим временем и болью, а завтра по выдержке отмерит каждому следующий виток. И тебе, и мне змей дал испытание по границе силы. Чем ты сильнее, тем тяжелее приходится. Посмотрим, посмотрим… Думаю, мы с тобой справились. Я расскажу тебе об Уроборосе… позже. Когда смогу. Когда ты захочешь меня слушать».
Ариас еще лежал так пару десятков минут, беззвучно шевеля губами. Почувствовав, что начинает проваливаться в сон, он заставил себя подняться и бесшумно выскользнул в окно. Высшему Змею тоже нужен отдых.
Проклятый день закончился.
Глава 12
Темно-зеленые пятна на блестящей чешуе расположены в шахматном порядке. Золотые прожилки сияют огнем… Медленно ползет огромный змей, и никак не кончается, но пятна на его шкуре остаются в строгом порядке, по диагонали относительно друг друга. Змей такой огромный, что я не вижу ничего дальше него, нет края его телу, а движение бесконечно и неумолимо. Золотой блеск ослепил глаза — это змей чуть провернулся, обнажив сияющий золотой живот… Яркий как солнце, ослепительный как сам свет… Я зажмурилась.