Змей чуть улыбнулся.
— Однако… — через некоторое время проговорил Наяр и сделал несколько задумчивых шагов туда-обратно. Прочесть не удалось. Он бросил внимательный взгляд на лорда.
«Вряд ли он не предполагал это».
Лорд мгновенно извинительно поклонился.
— Прошу прощения, князь. Я не имел дело со всеведущими, и не был уверен, в результате. Особенность моего рода — охранные печати, которые ставятся на разум с наступлением совершеннолетия.
— Вы из ядовитых, — Наяр поднял брови, глянув на Ариаса с повышенным интересом. — Да, я слышал о таких печатях, но встречал лишь однажды.
— У Верховного мага, вероятно?
— Именно. В таком случае, лорд Ариас, сожалею. Я не возьмусь за ваше дело, — ровно произнес князь, останавливаясь.
Ответ звучал твёрдо, но Змея это не смутило.
— Не спешите отказываться. Возвращение памяти Лисы слишком важно для меня, чтобы я легко отступил. Я готов поклясться, что у меня нет иных мотивов, кроме личных и готов доказать это на деле, — серьезно проговорил Ариас. — Предлагаю вам иной вариант: поединок по законам Порядка.
Ворон усмехнулся, уже с профессиональным интересом разглядывая стоящего перед ним.
«Сноровистый. Явно мастер клинков. Небрежный. Клинки размещены по телу равномерно для обеих рук. Нет ведущей руки? Чуть легче, моложе… Моложе ли?»
Он задумался, вспоминая информацию о регенерации змеерожденных.
— Поединок… — вслух медленно произнес. — Старый способ решения вопроса, когда победителю благоволит Порядок? Я вас правильно понимаю, лорд Ариас?
— Древний способ, — с тонкой улыбкой уточнил Змей, наблюдая за реакцией князя. — Он самый. Правильно понимаете, князь Наяр. С учётом того, что чтение моих мотивов — ваше желание, а не надобность, вариант поединка видится мне вполне приемлемым, как полагаете?
«Ловкий тип», — Ворон прикрыл глаза ресницами, размышляя.
«Серьезный тип», — Змей дружелюбно улыбнулся в ответ.
— Хорошо, — наконец сообщил Ворон. — Хорошо. Насколько я помню, выбор оружия за мной.
— Разумеется.
— Тогда — без оружия, — ровно произнес Ворон. Мастер контактного боя не любил сталь и не собирался великодушно поддаваться.
Ариас цокнул языком.
— Режете без ножа, князь, — с подчеркнутым огорчением заметил, не противясь выкладывая на каминную полку лезвия с запястий, с пояса, с поясницы, щиколоток, плеч. Делал он это почти любовно, аккуратно складывая оружие как по линейке, на одном расстоянии друг от друга. Ворон, наблюдающий за процессом, понял, что небрежность в одежде — случайная или напускная.
«Точен, планомерен», — он поменял изначальную характеристику.