Лежать мне не скучно, ведь рядом Сережа, поэтому я просто прижимаюсь к нему и бездумно смотрю на дорогу, по которой очень активно движется транспорт, да даже танки, что говорит о многом. Тут чуть ли не войсковая операция затевается, значит, точно против нас. Кто-то решил таким способом — на живца — вытянуть партизан из леса, и вполне могло получиться, если бы Сережа не настоял на разведке. Странно очень, ведь партизаны сами должны были о таком подумать, но не подумали.

Ближе к ночи движение становится все тише и тише, пока совершенно не замирает. Я некоторое время вглядываюсь в темноту, прислушиваясь к себе, но никаких ощущений у меня нет, кроме нежелания спать. Оно и понятно, я же весь день спала.

— Давай перекусим, — решает любимый, быстро делая бутерброды для меня и себя.

— Спасибо, — улыбаюсь я ему. — Воду будешь?

— Понемногу, — реагирует Сережа, — ну и поглядываем.

Поглядываем, да, как без этого-то? Мы здесь и лежим для того, чтобы поглядывать. Потихоньку темнеет, дорога пуста, тихо очень, только издали, кажется, что-то гудит. Но пока оно далеко, то и не важно. Сережа обнимает меня, прижимая к себе, отчего мне совершенно все становится не так важно. Главное — он рядом, а любимый меня от всего защитить сможет, я в этом абсолютно уверена.

Доев, просто лежим рядом, как будто и нет вокруг никакой войны. Хочу лежать рядом с Сережей хоть вечно и не хочу всей этой беготни, пальбы и совершенно неправильной реальности. Я очень хорошо его чувствую: его руки, его ласку и заботу. Мне бы так в прошлой жизни, да я бы за такое душу бы продала. Хотя где-то на дне души дремлет совершенно детское желание мамы. Чтобы погладили и доченькой назвали, но это невозможно. Здесь тоже невозможно — сироты мы с Сережей, сироты…

Сил моих нет, на самом деле, когда уже все разрешится? Не знаю, но чувствую — уже скоро, совсем скоро что-то случится, отчего наша жизнь совершенно изменится. Кстати, гудящий звук стал, по-моему, громче, издали виден свет фар. Одновременно с этим растет предчувствие перемен. Оно усиливается по мере приближения утробно рычащей машины. Вскоре можно увидеть легковушку, идущую следом за бронетранспортером. Натужно ревет как раз он, отчего вряд ли кто-то может что-то расслышать. Я поворачиваюсь, удобнее беря винтовку, но мой палец соскакивает, задевая спусковой крючок, отчего звучит выстрел, почти не слышный в реве мотора.

Ой…

Сергей

Выстрел прозвучал внезапно, но оказался «золотым». Легковушка резко со звоном стекла и скрежетом металла ткнулась в задницу бронетранспортеру, отчего тот по какой-то причине решил протаранить дерево совсем близко от нас. Я резко прыгаю вперед из положения лежа, зашвыривая гранату в транспортер.