— Ты мог меня спасти тогда… И моя семья была бы жива…
— Я не мог. Я… — Стиву захотелось стукнуться головой о стену. Ничего он не мог! Тогда у него не было приказа! — Простите, но тогда я должен только охранять вас, и не мог ничего сделать против легитимной на тот момент власти. Простите.
Главное, не надо вспоминать, что он фактически сам спровоцировал этого… Эрс-психа на такой вариант выкупа нужного ему человека.
Вал снова долго молчал. Но когда Стив уже решил, что разговоры на сегодня благополучно закончены, Вал снова тихо, но убивающе слышно в почти абсолютной тишине безлюдного дома, спросил:
— Так это была галлюцинация?
— Да, господин Каррас. Простите меня, господин Каррас…
«Могу я уже уснуть, господин Каррас⁈» — чуть не вырвалось у Стива. Не было или было — какая разница? Лучше бы ничего не было…
Но Вал как будто поймал сигнал и больше не сказал ни слова. Тоже лёг, но головой в другую сторону длиннющего, во всю стену, дивана. Они лежали в пустом пыльном доме пустого мёртвого города, пока Стив не уснул. Но спустя некоторое время внезапно проснулся от яркой вспышки в голове.
Приближался флаер с гвардейцeм. Их нашли!
Рука почти зажила, поверхностная рана была затянута новой чистой кожей. Внутри ещё заживали сухожилия, но он сможет пользоваться левой кистью совсем скоро. А снаружи по-прежнему была ночь.
Стив встал, намотал на правую руку одеяло и водрузил левую на этот кокон, как редкого зверька на мягкую подушку.
— Господин Каррас, встаём и выходим! За нами прилетела гвардия!
— Кто?
— Люди, которые вам помогут. Люди, которым я служу. Ничего не берите, только светильник, там темнотища жуткая.
Стив пошёл первым, ему свет не нужен. В мыслях он уже был не здесь.
Когда они спустились и вышли на улицу, маленький двухместный флаер, светясь как волшебная жемчужина, приземлялся у соседнего дома. Откинулся прозрачный верх, из флаера вышел гвардеец Урс и, ментально сверившись со Стивом, пригласил Вала, назвав полным именем и титуловав, разместиться на пассажирском сиденье. Стив по привычке полез в багажник.
«Чья это у тебя душа?» — мысленно спросил Урс.
«Его сына».
«Молодец! А рука чего? Опять депрессии замучили?»
Стив не ответил, закрывшись и укладываясь на пол. В старые добрые времена он бы его отбрил. Или сделал бы ещё что неприятное. Но какой в этом смысл? Сейчас ему хотелось только спать. Зарыться, закопаться, отключиться. Урс нёс какую-то политически помпезную пропаганду. Вал, всё более воодушевляясь, слушал, время от времени спрашивал и, получая ответы, воодушевлялся ещё больше. Стиву же стало совсем гадко. На Итбрен поналезут спасатели, вычистят и дезинфицируют весь срач, а люди снова смогут размножаться и гадить, изобретая новую серую гниль.